Но, не будь меня рядом, ты бы сейчас натворил много глупостей. А так я смогу тебе помочь!
- Помочь в чем? - Тимошка ехидно прищурился. - Творить глупости?
- В поисках Лайсы, глупый! - Кошка возмущенно фыркнула. - Но для начала помирю вас с князем.
- Он предатель! - Кот сердито прижал уши. - Не надо нас мирить!
- Никакой он не предатель. - Кошка укоризненно взглянула в желтые глаза. - Между прочим, если бы ты не носился как угорелый по этажам, выпуская беспричинный пар, а спокойно посидел под дверью, то смог бы услышать собственными ушами и увидеть собственными глазами, как скорбит твой, как ты считаешь, предатель. Кстати, к нему приходил человек. Девочка. Она там что-то делала, вроде как колдовала, а потом сказала, что Лайсы нет на земле. А после того как она ушла, князь сел в кресло и превратился в истукана. Ему сейчас очень плохо и тяжело, а ты своим поведением только добавляешь ему горя! Не стыдно?
- Знаю! - Внимательно слушавший до этого Тимошка внезапно подпрыгнул. В золотистых глазах загорелся задорный огонек. - Это приходила Гайела! Я должен сам у нее все узнать!
- И куда же ты собрался? - С легкой долей иронии полюбопытствовала кошка, заведомо не ожидая от его идей ничего хорошего.
- В комнату к Салему! - Тимошка помчался обратно к черному входу, добавив уже на бегу: - Нам нужно дождаться Дарины!
Кого? Что опять пришло в его суматошную голову?
Страдальчески закатив глаза, кошка вздохнула и побежала следом.
Похоже, помогать будет куда тяжелей, чем она думала.
Он не спал всю ночь. Долго сидел в кресле, забыв обо всех и обо всем, и рассматривал запястье, словно надеялся, что вот-вот произойдет чудо и надпись переменит цвет. Потом до рассвета мерил шагами комнату, ощущая в груди щемящее чувство пустоты и изнуряющее одиночество.
Однажды смерть уже забрала Лайсу в свой чертог, надолго разлучив с ним. Нельзя позволить свершиться подобному вновь. Но как помешать? Что сделать? Слишком много боли повлечет за собой известие о ее смерти. Слишком бессмысленной кажется дальнейшая жизнь без нее. Конечно, есть еще сын: их общая кровь и общее счастье. И он будет любить его за двоих. Но Лайсу, его жену, часть его души, его любовь, его свет никто не сможет заменить.
Говорят, что мужчинам не дано слез, что сильный пол не имеет права плакать. Но что значат какие-то предрассудки по сравнению с болью потери? Слезы - тоже показатель силы, только плачут настоящие мужчины без свидетелей, наедине со своим горем и молча…
Рассвет застал Талейна сидящим на кровати и уставившимся отрешенным взглядом в пустоту. Но как только первый луч солнца упал на его лицо, заставив зажмуриться и выйти из прострации, он резко вскочил и открыл портал в Лиод. Самому с нахлынувшим горем ему будет очень трудно справиться, но есть еще один человек, с которым он может разделить свою боль. Разделить, не боясь огласки.
Кабинет Дейна пустовал. Талейн медленно опустился в кресло у рабочего стола. Князь Лиода обязательно пожалует сюда, как только проснется и оторвется от любимой жены. Разумеется, новость испортит ему настроение, но тут уж ничего не поделаешь. Нужно только подождать час-другой.
Ожидание затянулось. От нечего делать Талейн принялся мерить шагами кабинет, поглядывая по сторонам скучающим взглядом. На столе высилась аккуратная стопка бумаг. Лишь несколько листов сверху лежали в беспорядке, привлекая внимание. Талейн подошел к столу и взял верхние листы. Оно, конечно, нехорошо совать свой нос в чужие бумаги, но между ним и Дейном уже давно не было никаких тайн, да и бумаги у обоих правителей были совершенно одинаковыми: законы, указы, прошения да изредка жалобы. |