Бо схватил девушку за руку, притянул к себе и впился в нее губами. Свадебный поцелуй! Теперь она его жена.

Селия не помнила, как провела этот бесконечный день. Череда поздравлений, на которые она отвечала, словно улыбающаяся кукла.

– Селия, желаю тебе счастья. – Гаттерас протянула к племяннице руки, и Селия очутилась в объятиях тетки. – Ты такая красивая невеста, а Бо такой видный жених! Все прошло великолепно, а как, по-твоему?

Гаттерас удовлетворенно улыбалась, а Селию знобило, несмотря на тропическую жару. Стала ли эта свадьба тем событием, о котором говорила ее тетка? Неужели любовь придет позже, возникнет сама собой?

Сменив подвенечный наряд на платье из красновато-коричневой ткани, Селия вышла к гостям. Поболтала с возбужденной Тиной, обменялась несколькими словами с Мелани Кузино и женами других плантаторов. Десятник Мак-Рори выпил слишком много пунша и стоял, пошатываясь, в углу веранды. А рядом с ней безотлучно находился Бо и твердо, как собственник, держал ее под руку.

Несколько раз Селия слышала перешептывания гостей. Многих шокировало, что Бо женился на невесте Джона так скоро после его смерти.

– Щенок, – громко заметил покрасневший от возлияний Рэйф Кук, владелец ранчо. – Да этот бесчувственный щенок делает теперь все, что взбредет ему в голову. Он с ней еще намучается! Но нельзя отрицать, что она хорошенькая.

Владелец ранчо в несколько тысяч акров на склонах Халеакала подтолкнул локтем своего собеседника, и оба громко рассмеялись.

Поднимаясь к себе передохнуть, Селия прошла мимо оживленно болтающих женщин, которые не заметили ее.

– По-моему, – заметила Мелани Кузино, – Бо гораздо красивее своего отца. Как вы считаете? – В ответ послышался смех. – Похоже, он очень влюблен в Селию. – Все снова засмеялись.

– Она хотела лишь одного – стать миссис Бернсайд, – насмешливо сказала одна из молодых дам. – Ей все равно, который из них, многие даже думали, что она приберет к рукам Романа.

Селия прижалась к стене, а женщины ушли, оставив после себя аромат духов.

Селия и Бо вышли на лужайку. Послеполуденное солнце отражалось в водах Тихого океана. Когда Бо склонился к ней, девушка снова почувствовала запах ликера.

– Я хочу, чтобы все они убрались и оставили нас наедине, – прошептал он, указав на гостей, которые прогуливались по парку и стояли на веранде.

Селия взглянула на того, кто стал ее мужем. Его лицо горело, в глазах полыхало желание.

– Мы пригласили их и должны оказать им гостеприимство в нашем доме.

«Я сказала: «в нашем доме», – удивленно подумала Селия.

– Конечно, мы не можем избавиться от них… так рано. – Она покраснела и умолкла.

– Можем, если захотим. – Бо понял, что она имеет в виду, и ухмыльнулся. – Теперь мы женаты. Ты принадлежишь мне, и пусть весь мир знает об этом.

– Но…

– Пошли, дорогая женушка. – Он подтолкнул ее к веранде, где Ребекка жаловалась гостям на тяготы жизни на Кауаи. – Давай попрощаемся с гостями, прежде чем уйдем к себе.

Вспыхнув, Селия поняла, что Бо намерен похвастаться ею. Она теперь его собственность, и он потащит ее в супружескую постель средь бела дня, дав понять это всем.

Селия задернула занавески на окнах в своей спальне, которую отныне ей придется делить с Бо. Гаттерас освободила маленькую соседнюю комнату, где теперь была гостиная. Селия распорядилась, чтобы ее оклеили заказанными в Нью-Йорке обоями с нежным узором из листьев папоротника и цветов. Стулья предстояло обить светло-зеленым шелком, подходящим по цвету и рисунку к висевшему там обюссону.