|
Надпись на дверях гласила: «Сладкая капитуляция».
Желудок Алиссы еще сильнее сжался, ритм пульса подскочил.
Мужчина отпер дверь и распахнул ее. Прежде, чем девушка смогла заглянуть внутрь, Люк подхватил ее на руки. Алисса завизжала.
— Традиция, — упрекнул он, занося ее внутрь и закрывая дверь пинком ноги.
Внутри дома было по-домашнему уютно, на деревянном полу лежали плетеные коврики. Стены были покрыты яркой краской и деревянными панелями. Стеганые одеяла, кружевные шторы и мебель в стиле кантри лишь добавляли очарования той атмосфере, которая царила вокруг.
Он опустил девушку на искусственно состаренный кожаный диван, затем встал на колени, чтобы снять с нее туфли, задержавшись ладонями на ее икрах. Она задрожала от жара в его взгляде.
— Уверен, ты почти не спала прошлой ночью. Отдыхай. Я приготовлю ужин.
Никто так не заботился о ней кроме Люка, это был рай. Ей следовало отказаться, настоять на том, что она сделает все сама. Но это особое отношение, вероятно, не продлится долго, а довериться мужчине было так заманчиво.
— Закрой глаза, — потребовал он.
Наконец, девушка подчинилась. Если судить по их прошлому опыту, то позже ей понадобятся все ее силы.
Спустя какое-то время она проснулась. Люк поставил перед ней пасту с курицей и овощной салат. Как и каждый день прошедшей недели, к этому времени она испытывала голод, поэтому наслаждалась каждым кусочком.
— Это было невероятно.
Люк закончил со своей тарелкой:
— У меня есть для тебя десерт, если хочешь.
Удивительно...
— Когда ты приготовил все это?
— Сегодня утром. А Дик и Кимбер доставили сюда.
Он обо всем подумал и проехал дополнительную милю, чтобы сделать для нее что-то особенное. И снова этот вездесущий вопрос: «Почему?»
Не дожидаясь ее ответа, Люк встал и скрылся в небольшой кухне. Мгновение спустя он вернулся с бутылкой шампанского и одним бокалом, вытащил пробку и налил игристый напиток. Предполагалось, что он пил один, так как для нее алкоголь был под запретом. Не сделав ни глотка, он снова вышел и вернулся с двумя полными дымящимися чашками шоколадного мусса и подносом клубники в шоколаде.
— Выглядит потрясающе. Ты не должен был этого делать, это слишком хлопотно.
— Я планирую жениться только раз в жизни, поэтому и сделал это. — Он очень торжественно выглядел, когда протягивал к ней свой бокал. — За красивую невесту и начало нашей совместной жизни.
Спросить или оставить его в покое?
— Ты действительно веришь в это, Люк? Кроме головокружительного секса и того, что я ношу нашего ребенка, между нами нет ничего общего.
Мужчина приподнял темную бровь и довольно долго водил пальцем по краю бокала.
— Когда ты приехала в Даллас на прошлой неделе, ты разволновалась, увидев меня? Ты скучала по мне хоть немного?
Алисса замялась. Но зачем лгать, когда она сама искала правду?
— Да.
— И я скучал по тебе, а когда ты появилась в дверях, я был чертовски рад, что ты оказалась там. Между нами … что-то есть.
У нее перехватило дыхание. Надежда расцвела полным цветом. Возможно ли, что он когда-нибудь влюбится в нее? Но каковы ее шансы? Напрасные иллюзии. Хоть это и причиняло боль, но ей не удавалось избавиться от страха. Словно в душе застряла и начала гноиться заноза. Она должна оставить все свои волнения на завтра и жить сегодняшним моментом. Несмотря на произнесенные им обеты и слова, он может быстро исчезнуть из ее жизни.
Люк поднял бокал и сделал глоток, смакуя шампанское. Он нахмурился:
— Могло быть лучше.
— В каком смысле?
Его чувственный рот расплылся в улыбке:
— На тебе оно будет вкуснее. |