Когда Лия подошла ко мне, руки предательски задрожали…

— За всю мою марсианскую жизнь, у меня было много друзей. Но по-настоящему близких — единицы. И… когда я встретила тебя, то поняла, что между нами явно будет нечто большее. — улыбнулась она, держа меня за руку: — С тобой я впервые познала чувство влюблённости. Чувство заботы и защищенности… Ты был… да и что там говорить — останешься навсегда моей самой первой… самой чистой и светлой любовью, Марк. Спасибо тебе за всё. Я… даже не знаю, как тебя отблагодарить.

— Поверь, я делал это безвозмездно. — голос осип, а улыбка превратилась в жуткий оскал: — Так что — не думай. Просто… когда тебе там станет грустно или одиноко… помни, что на Марсе есть тот, кто всегда тебя примет, чтобы ни случилось.

— Я всё равно найду способ, как отплатить тебе за доброту… — Лия крепко обняла меня, а затем медленно направилась к своему биологическому отцу. Как же я корил себя за то, что мы с ней так редко виделись… Как же ненавидел себя за то, что часто отмахивался от её разговоров.

В этом суть людей — мы никогда не знаем, когда видим человека в последний раз. Поэтому и относимся к близким крайне безответственно.

А Лия смотрела на всех нас с улыбкой. Явно хотела, чтобы мы все запомнили её именно такой. Лишь когда энергетический транспортёр распахнулся, я заметил две пробежавшие по щекам слезинки.

Корабль ухнул, а затем скрылся среди желтоватых облаков… Вот и всё.

Справа от меня, где сперва никого не было, кто-то начал всхлипывать. Видимо, из-за того, что Кри с модулем подошла ко мне, появилась плачущая проекция Эрис.

Все начали потихоньку расходиться, лишь мы с четой Васильевых ещё минут десять тоскливо смотрели на небо, как будто ждали чего-то…

Того, что никогда не произойдёт.

+++

2 месяца спустя

— Аккуратно! Ещё на два нанометра… — тихо произнёс Изаму, накручивая у себя на пульте управления все возможные тумблеры: — Есть! Поймал!

— Ты уверен, что всё идёт по плану? — поинтересовался я, глядя на мерцающую красную лампочку и пиликанье медицинского монитора.

— Да! Всё отлично. — Сайдзо-сан сбросил окровавленные перчатки, а затем вытащил что-то типа флешки: — Итак… Я начинаю перенос. Возьметесь за ключ вместе со мной?

— Нет… Боюсь, мои руки после некоторых событий до сих пор не пришли в норму.

— Тремор? Я же прописывал вам таблетки!

— Они не помогают. В общем, давай запускай… Я весь на пределе.

— Ладно! — Изаму вставил флешку в небольшое отверстие, а затем провернул до щелчка.

Кулера компьютеров взвыли. Монитор начал пиликать ещё неистовее. А девичье тело, лежащее перед нами на операционном столе, едва заметно дёрнулось: — Теперь обратной дороги нет, Майор…

— Просил же не называть меня так. — сухо отозвался я, внимательно глядя на девушку без сознания: — Только схватись… Прошу!

— Три… Два… — азиат с волнением поглядывал на воющие компьютерные блоки: — Один! Запускаю насос… Включаю легкие и…

Лежащая на операционном столе девушка внезапно открыла глаза и подскочила:

— Господи-боже!!! — выдохнула она и тут же схватила меня за руку.

— Войс? — с надеждой спросил я: — Это ты?

— Войс? — девушка с непониманием посмотрела на меня: — Кто такая Войс?

Моё сердце больно ёкнуло, и если бы не продолжительный заливистый смех, то точно бы добавилось ещё седых волос.