По каждой из этих реликвий можно было представить себе историю чьей-то жизни.

Кто знает, сколько раз Адоне, глядя на эти предметы, пытался восстановить кусочек бытия тех, кто потерял или забыл книги. Людей, с которыми он никогда бы не познакомился, но которые все же нашли способ связаться с ним. И закладки были посланиями из других миров. Серена подумала, что, в сущности, мы все друг другу чужие, пока не встретимся.

Здорово будет рассказать все это малышу, который вот-вот появится на свет. И в эту секунду она решила, что коллекция Адоне станет первым подарком для новорожденного. Однажды, через несколько лет, они вместе пофантазируют о жизни неизвестных людей.

Но как раз когда в голову ей пришла эта мысль, Серена вытащила из шкатулки фотографию.

Глянцевая бумага выцвела и была повреждена временем. На снимке, сделанном в маленькой церкви, была изображена девочка лет трех от роду, в белом платьице и черных лакированных туфельках, молитвенно сложившая руки перед алтарем, над которым висело деревянное распятие.

Очень светлая блондинка. Хотя волосы у нее были прямые, это была Аврора.

8

– Это она и в то же время не она… Не знаю, как тебе объяснить.

Найдя фотографию, Серена разбудила Ламберти. Ей хотелось выразиться яснее, но от волнения она не могла собраться с мыслями. Профессор попытался ее успокоить.

– Хорошо, объясни мне еще раз, пожалуйста, – сказал он, сев в постели.

Держа фото в дрожащих руках, Серена смотрела на девочку в белом платьице, молящуюся в церкви.

– Прежде всего, я не делала этот снимок. Значит, это сделал кто-то другой.

– Но Аврора погибла в шесть лет, а этой девочке максимум три, – отметил профессор, помня, что некогда Серена верила, будто ее дочь выжила при пожаре.

– Я знаю, что это старая фотография, – не без досады отозвалась она. – Я тоже это вижу.

– Ладно, давай пока забудем о том, кто ее снял, – предложил профессор. – Но тогда, возможно, лучше не обращать внимания и на сходство между девочками, а сосредоточиться на различиях. – Не желая ей противоречить, он в то же время давал ей дельный критерий для анализа, позволяющий развеять любые сомнения. – Что отличает эту девочку от твоей дочери?

– Волосы, – мигом ответила Серена. – Волосы разные: хотя они обе блондинки, у Авроры была копна непокорных кудрей.

– Видишь? У нас уже есть два важных отличия, – заметил профессор. – Ты не делала эту фотографию, и волосы у этой девочки прямые. Что еще?

Серена снова вгляделась в снимок.

– Не знаю… Пожалуй, теперь, когда я получше присмотрелась, нос кажется слегка другим. Лицо более округлое, немного иное положение глаз относительно скул. Но это детали, мелочи. Это как когда смотришь на двух близнецов: сначала они кажутся одинаковыми, но потом понимаешь, что это не так. А стоит на секунду отвести взгляд, как они снова становятся одним и тем же человеком.

Ламберти уловил смысл, но не мог высказаться однозначно.

– Я не могу тебе помочь, потому что не знаю, как выглядела Аврора, – сказал он.

Серена поняла, что есть только один способ избавиться от неопределенности. Пришло время скачать снимок Авроры из облачного хранилища, где она погребла все фотографии.