Вдруг тень понимания скользнула по лицу Витольда:

– Мама! Я понял! Ты на Ирен намекала!

– Может – да, а может – нет.

– Она же дочка барона!

– И что? Она дворянка, и мы дворяне. Замуж выйдет, будет числиться по мужу. Сама волшебница по матери. Молода разве, четырнадцати нет, но спешить некуда, пару лет можно обождать.

– Земли фон Бродбеков по другую сторону гряды, – сказал своё веское слово дядюшка. – Даже зимой почти всегда можно пройти перевал. Прикрывать друг другу спину дорогого стоит. Однако барон никогда не отдаст дочь незнакомому чужаку.

– Говорят, что Ирен весьма своенравна.

– Многие девчонки такие – взбрыкивают молодые кобылки, пока их в стойло не поставят.

Гнездо Воробья

Утром следующего дня моё личное копьё предстало во всей красе. Серж обзавёлся плюмажем на шлеме, остальные приличными доспехами и оружием. То, что можно покрасить, было покрашено, что нельзя, было заполировано. Вид у воинов довольный и бравый. Не знаю, сколько серебра на это великолепие уйдёт из сундука в тайнике. Присягу решили отложить до возвращения гонца с плащами в моих цветах – верх синий, низ зелёный, а отделка жёлтым. Как последний, а, следовательно, старший из ле Гуров, я вправе носить родовой герб – процветший чёрный пятилистник, убранный золотом по краям. Сохранилось даже родовое знамя ле Гуров, которое прибрала в сундук тётя Аделаида. Только не будем вспоминать, как дяде досталось Эммануилово поместье Синие Щиты.

Интересно, почему Щиты и, тем более, Синие? Всего-навсего к обоим створкам ворот кто-то когда-то приколотил пару старых щитов, и, наверное для красоты, покрасил их синей краской. Так поместье обрело своё имя.

Башня моего отца тоже имела название. По слухам, высоко в северных горах, где круглый год лежат снега, стоит прекрасный замок из белых ледяных глыб и имя ему – Гнездо Снежного Орла. Папа в своё время купил имение, где вместо замка стояла башня. Правда, не столь высоко, да и стены были не ледяные, а из серых булыжников.

Потому башню назвали чуть менее гордо – Гнездо Воробья, что, в общем, тоже неплохо. Туда мы с дядей сегодня и отправились. Мой десяток полностью – кавалерия на лошадях, пехота пешком или в фургоне. Дядюшку сопровождал его обычный эскорт в дюжину всадников. Невзирая на прозрачные намёки тётушки, никого другого с собой не взяли. Франц заявил, что сначала надо навести порядок, а лишь потом зазывать гостей.

Вчера днём к старосте отправили гонца с вестью о прибытии господина их земель. Крестьяне наверняка должны возрадоваться и организовать достойную встречу. Впрочем, урожай давно снят, так что, всё равно особо делать им нечего, а тут какое-никакое развлечение.

По дороге Франц просвещал об имеющихся в округе невестах. Ирэн, для меня была бы лучшей партией. Она и дочь барона, и с богатым приданым, и на личико симпатичная, а к тому волшебница. Однако её отец спит и видит дочку замужем за сыном графа или, как минимум, за наследником баронства. У меня нет шансов – на простого дворянина, пусть полезного в хозяйстве чародея, он никогда не согласится. Кроме того, мой надел в другом баронстве, а барон Шаод не станет радоваться уходу части его земель под фон Бродбеков. Недопонимания никому не нужны, да, честно говоря, не велика я птица, от меня проще отмахнуться.

– Почему тогда мне отдают Виолу? – поинтересовался я.

– У фон Баумхауэра большое, богатое баронство на плодородной равнине и два сына с собственными дружинами. Он может позволить себе обменять дочку и поместье на преданного роду волшебника. Бароны фон Бродбеки имеют в вассалах лишь три рыцаря, лишних ленов нет.