Рыжая ещё чего-то говорила, в то время как Катерина уже с откровенным интересом, даже не скрывая его, рассматривала меня сквозь стекло. Впрочем, я, дав ей немного полюбоваться, направился наконец к выходу, после чего подошел прямо к девушке.

— Вот… как-то так, — с улыбкой сказал я.

— Это было интересно, — вполне серьёзно кивнула Катерина и, видимо, хотела что-то спросить, но в последний момент передумала.

— Ты уже ужинала сегодня? — после нескольких десятков секунд неловкого молчания спросил я.

— Нет, — слегка улыбнувшись, ответила мне девушка. — Особого аппетита не было.

— А сейчас появился? — поинтересовался я.

— Ага, — кивнула она.

— Тогда не желаете ли ещё немного пройтись, прежде чем вернуться в свои комнаты? — предложил я. — У нас тут, оказывается, имеется одно очень интересное местечко…

— С удовольствием пройдусь, раз вы приглашаете! — так же витиевато ответила мне Княжна, как-то незаметно оккупировав мою левую руку.

Интересным местечком был внутринебоскрёбный ресторан, доставшийся нам прямиком от Шнуровски вместе с поварами и обслугой из «типа» их клановых простецов. Вообще, мест, где можно было поесть, не выходя на улицу, во всей башне насчитывалось немало, и в том числе оборудованных столовых и прочих кафейных и какавных, но вот это место выделялось особо.

Во-первых, кухня здесь не уступала лучшим заведением полиса, и, пожалуй, только Кремль мог дать прикурить местным мастерам. А во-вторых, делали это место элитарии Шнуровски для себя и остальной верхушки клана, а потому и обустроено здесь всё было по высшему классу. Впрочем, сейчас мы сделали этот домашний ресторанчик общедоступным, правда, исключительно по предварительной записи, а то здесь было бы не протолкнуться от голодающих чародеев.

Впрочем, и так и так я, как уже говорил, могу гордиться тем, что в нашем небоскрёбе для моей фигуры открыты любые двери! Ну, почти любые… Всё же в женских туалетах мне при отсутствии каких-либо проблем в здании делать нечего, в новый архив и ещё кое-какие хранилища меня просто не пустят, а под благовидным предлогом и вовсе развернут.

И тем не менее это было ещё одно место, которое в нашей башне работало практически круглые сутки. Понятное дело, что ночью, как сейчас, многие спали, однако приготовленной заранее еды было вполне достаточно для не таких уж и многочисленных в этот час посетителей. Да и сами «ночные» блюда, хоть и были необычайно вкусными и даже горячими, всё же отличались от изысканной московской кухни шеф-повара.

В общем, посидели мы там с княжной очень даже неплохо, уговорив заодно бутылочку красного вина и пообщались. Я немножко рассказал о своей жизни, больше про свои приключения в последнем классе школы и на первом курсе, нежели про мытарства на Дне. Катерина же, в свою очередь, вспоминала о детстве в Кремле, где, собственно, и училась во внутренней школе, и лишь немного, краем, коснулась прошлого года.

А он у неё выдался, оказывается, реально скучным. В первую очередь из-за того, что ей, по сути, навязали свиту из детей чинуш отца, многие из которых сами, будучи простецами, умудрились понарожать вполне себе одарённое потомство. И вот эта свита, словно Уроборос, окружала её везде, где бы она ни находилась, эффективно и нагло ограждая княжну от любых внешних контактов и навязывая ей своё общество.

Более того, оглядываясь на фигуру отца, самой девушке приходилось терпеть этих подхалимствующих типов и дур, отвязаться от которых было практически невозможно.