Грубо говоря, во время многих ранее случавшихся в Москве внутриполисных разногласий обычно можно было чётко разграничить территории города, занимаемые различными фракциями. Приходило это в первую очередь по причине наличия явного лидерства определённого клана, чьи интересы, когда добровольно, а когда и вынужденно, разделяли соседи. А учитывая, что последний серьёзный конфликт происходил ещё до великой перестройки Москвы и появления небоскрёбов вместо крепостиц, общая планировка города, а следовательно, и клановых территорий, была всё же другой.

А так как изначально крупные кланы старались селиться в непосредственной близости от близких и по взглядам, и духу соседей, в то время как малые понимали своё место и принимали сторону сильнейшего, в полисе легко и быстро образовывались подконтрольные зоны. И пусть их границы становились ареной для ожесточённых сражений между чародеями, в центральных защищённых областях для простецов силами самих чародеев обычно была налажена более-менее нормальная гуманитарная ситуация.

Затем при Никодиме Пятом Беспалом началась перестройка Москвы на современный лад. И тогда, вследствие того, что из-за глобального строительства территории всех кланов оказались фактически временно упразднены, а сами высоченные башни строились по плану, а не просто повторяли хаотичное расположение бывших крепостиц, через обновлённый Совет была протолкнута так называемая «Территориальная реформа». Которая, чтобы никто не ушёл обиженным, проводилась в виде этакой лотереи.

Грубо говоря, хитрый Князь Московский этим шагом снёс единым махом веками выстраивавшуюся систему территориальных фракций, заложив основу современной политической системы. По сути, перемешав таким образом кланы с разными идеалами и взглядами, Никодим в значительной мере снизил риски разнообразных бунтов, ведь трудно решиться на подобный шаг, когда твои потенциальные союзники живут не под боком, а на другом конце полиса, в то время как соседи и так нехорошо на тебя посматривают. А также исключил появление в полисе ракообразных «Закрытых зон» и прочих территорий, на которых хозяева договаривались друг с другом о существовании там неких правил, отличающихся от общеполисных.

И это действительно сработало, обеспечив почти три века стабильности, хоть Москву иногда и потряхивало, а однажды кланы даже штурмовали Кремль, но вот крупных территориально-фракционных конфликтов с дроблением города на секторы более не происходило.

Другое дело, что сейчас в преддверии гражданской войны и полной парализации работы Кремлёвского Стола, по словам Ольги Васильевны, во весь рост вставала проблема возможного голода и эпидемий среди простецов, без которых полис просто не может уже нормально функционировать. Так что забота о простом народе вольно или невольно ляжет на плечи владеющих территорией кланов, а также, скорее всего, армии. Которая мало того, что обладает и ресурсами, и возможностями, так ещё и просто не сможет в данной ситуации занять ставшую уже привычной позицию полного нейтралитета.

В любом случае это всё были только нерадужные перспективы, в то время как мы, чтобы никого не провоцировать лишний раз, добирались до дома, вначале по Дну, где привычно всем на всех было наплевать. А затем через какое-то неприметное здание в технические инженерные ходы платформы второго уровня.

Как оказалось, в то время как я учился и хандрил, наши клановые умельцы навели и замаскировали множество подобных тайных ходов в платформах практически всех уровней, а также успешно освоили эти коммуникации. Которые, естественно, ещё потом и охранялись, в том числе и смертоносными ловушками, а не были просто очередной новой дверью на каком-то из этажей нашего небоскрёба. А уж насколько Бажовы даже в условиях дефицита ресурсов могут быть хитры и изобретательны в освоении разнообразных узких замкнутых тоннелей, я прекрасно помнил ещё на примере жившей сто тел назад одной маленькой ипокатастимы, пробравшейся в тайне от всех прямиком в московские катакомбы.