Как бы храбро ни сражались аловолосые, силы защитников были слишком малы по сравнению с собранным тремя кланами войском. Всего каких-то пятнадцать минут потребовалась нападавшим, чтобы в основном подавить сопротивление, разбить его и локализовать. А потом началась резня.

Красноволосых безжалостно убивали, впрочем, правильнее сказать, добивали, потому как сражались Ефимовы отчаянно, до последнего человека. Даже женщин, которые были обещаны клану Лисицыных в качестве трофеев для укрепления их огненной стихии повязать смогли только троих, в то время как остальные были либо сильно изуродованы в бою, и их проще оказалось убить, нежели выходить, либо в безвыходной ситуации кончали жизнь самоубийством.

Впрочем, сейчас мало лидера огненного клана носителей голубого огня. В сражении со стороны Ефимовых участвовали только взрослые и полноценные чародеи, а также слабосилки из мужчин. А это значило, что клановые дети, подростки и не обученные бою женщины, скорее всего, прятались в убежище и могли подождать. Так что он победно и устало улыбался вместе со своими союзниками, стоя над бездыханным телом главы бывшего клана Ефимовых, которого они втроём еле-еле смогли победить.

Полуразрушенный горящий особняк почти уничтоженного клана уже огласили радостные крики победителей! Ведь для кого-то, таких, как члены клана Смирновых, это была долгожданная победа над древними кровниками, Лисицыным и Звягинцевым же были обещаны богатые трофеи, но объединяло их и общее сознание того, что своими усилиями они первыми в полисе нанесли общему врагу сокрушительное поражение, а значит, непременно будут отмечены и обласканы новым московским князем Дмитрием, когда он окончательно займёт положенный ему трон.

В тёмное же небо над погружающейся в хаос ночной Москвой, закрывая звёзды, поднимались тяжёлые, жирные чёрные облака, подсвеченные с земли алыми всполохами прожаришь. И складывалось впечатление, что сам город провожал в последний пусть в Ирий только что безжалостно уничтоженный клан своих красноволосых детей.

Глава 6

Держа на руках годовалого ребёнка, Нина мчалась по длинному узкому техническому коридору второй платформы. Даже она уже практически перестала ориентироваться в этих тоннелях и потеряла общее направление движения. Что уж говорить о клановых детях, слабосилках и простецах, чья единственная сейчас задача состояла в том, чтобы не потеряться в ходах и лазах. И главное, не отстать, потому как ждать и искать кого бы то ни было остатки погибающего в эти минуты клана просто не могли себе позволить.

Вели их группу две сестры, приходившиеся девушке троюродными. Они только в прошлом году закончили обучение в Тимирязевке, и, когда примерно за сорок минут до нападения пришла срочная информация о готовящейся атаке, им буквально в приказном порядке была поручена задача немедленно возглавить эвакуацию всех не имевших боевого опыта. Хотя эти двое как никогда рвались в бой, желая либо победить, либо принять смерть вместе с остальными Ефимовыми.

Победить… Это было красивое слово, но даже Нина понимала, что в данной ситуации то была, к сожалению, несбыточная мечта. Их заведомо обложили со всех сторон, и первая же проверка показала, что даже тайные ходы внутри платформы были перекрыты. Противники даже не удосужились их вычислять, просто спустили в тоннели в качестве заслона свои резервы. И расположили их в некотором отдалении на стандартных инженерных развязках путей, где из-за самой конструкции межуровневого перекрытия у беглецов просто не было бы возможности проскользнуть мимо незамеченными. Да и попытка связаться с дозорами и секретами, которая ничего не дала, руки просто не отвечали, как бы намекала, что клановое здание полностью изолированно и даже связаться с союзниками теперь уже не получится, тем более что телефонный узел уже несколько часов не отвечал.