— Ну, в обычной ситуации, домовые действительно похожи на резко постаревших детей, — пожала плечиками женщина. — Эти чудовища пробравшись в человеческое жильё, какое-то время живут там, незаметно для настоящих хозяев. То есть зачастую их может увидеть только либо незваный гость, либо хозяйка, через зеркало или боковым зрением. Пробираются же они в дом, спрятавшись в тени хозяина… И пока они там спрятались, им не страшны ни барьеры, ни обереги. Так, судя по всему, с клановым простецом, эта тварь в посад и пролезла.

— Да, я знаю всё это, — покачал я головой. — Работает человек в поле и вдруг не нездоровиться ему. Один из первых признаков того, что к нему в тень домовой забрался. Это я ещё в последнем школьном году принудительно в себя с остальными знаниями впихивал. В том числе, помню ещё, почему их вообще «домовыми» кличут. Он вроде бы как какое-то время даже простенькие дела по хозяйству пытается делать. Вроде бы как людям помогает. А потом, когда видит, что на него внимания особо не обращают, начинает считать дом своим, а себя хозяином. Людей просто убивает, а из тел заготовки на зиму делает, сам же начинает под кого-то из погибшей семьи маскироваться, то под мужика, то под бабу, а то под детишек. И всё время к себе в логово гостей пытается звать.

— Ну… в общем-то, верно, — покивала наставница. — Правда всё немного сложнее… В любом случае, то нормальный домовой. А этот, в какой-то момент поднакопив дармовой живицы, попытался эволюционировать в так называемого «Хозяина места», но не смог вот и мутировал.

Я слегка напрягся, пытаясь вспомнить такую тварь как «Хозяин места», и, честно говоря, не смог. То ли мы его ещё в институте не проходили, то ли в Москве, чудовище это называли как-то по-другому. Вот я и поинтересовался, что это за зверь такой…

— Хозяин-то? — тётка Марфа вновь отвлеклась от изучения трупа, от которого с каждой минутой, всё сильнее и сильнее противно воняло чем-то кислым, так что к нему уже даже подходить желания не было. — «Хозяин места» это такой шестирукий гуманоид с повадками этакого паука. Считая какое-то место исключительно своим, он оплетает его невидимой энергетической паутиной и притаившись в каком-нибудь тёмном углу дожидается своих жертв. Мама же сеть, служит не только для ловли забредших на его территорию людей и других монстров, это вообще её дополнительная функция. В первую же очередь она выкачивает из занятого хозяином места свободную стихийную живицу, которой, собственно, в основном и питается монстр.

— Не слышал даже о таком… — покачал я головой.

— Ну… то, что тебе нужно запомнить в первую очередь, так это то, что если идёшь с группой по лесу какому и вдруг видишь, что в каком-то месте трава допустим зелёная, а рядом всё пожухлое и увядшее, то в ту сторону ходить не следует! — произнесла одноглазая Бажова, вновь переключившись на труп. — По поводу самого же «Хозяина», поверь мне, если бы этот уродец успешно бы в него мутировал, то мы нашим текущим отрядом с ним бы не справились. Это очень опасная тварь… Уроборос! Измениться то он изменился, а вот самого важного себе не отрастил.

— А… Что вы, собственно, ищете то? — вновь поинтересовался я.

— Чуешь мерзкий запах? — спросила меня женщина.

— Ага…

— Так вот, по идее это пахнет очень ценная железа, образующаяся на теле «Хозяина места», — поморщившись объяснила мне наставница, в то время как я, повернувшись, увидел, как одна из чаровниц накладывает капитану Андрею бинт на сильно обожжённые теми самыми чарами с лучом руки.