Вот только не с со студентами из академии она нынче столкнулась, а потому сражение закипело с такой силой, что казалось, зимнюю метель буквально смело морем разлившегося вокруг зелёного огня. Но и высший класс могли показывать не только наши, но и их противница. А потому дальнейшее сражение я мог наблюдать теперь разве что с очень большим трудом. На таких огромных скоростях оно велось.

Лезвие косы, словно бы безумный дух, так и мелькало туда-сюда, оставляя за собой безумные спирали из светового шлейфа. Протуберанцы изумрудного пламени бились, ярясь, в разные стороны, безумствуя меж мечущихся полусмазанных теней, вытапливая снег и заливая окрестности потусторонним зелёным светом. И то и дело на безумной скорости проносились бросаемые ножи, которые неизвестная легко отбивала, высекая лезвием своей косы целые снопы искр.

В какой-то момент вновь вспыхнул свет и смазанным пятном на почти невозможной скорости, как и в самом начале, метнулся через всё поле, ловко уклоняясь от противников. Вот только в этот раз то, как оказалось, была не имитация сумасшедшей юлы, а вполне себе поставленный удар. Потому как одна из теней, самая дальняя на тот момент от противницы, вдруг замерла, превращаясь в мужчину Бажова, за спиной которого из беспеременного света материализовалась женщина с косой.

А в следующее мгновение мёртвое тело теряя отсечённую голову, упало на землю, но битва в этот момент уже возобновилась, пусть и казалось, что всё идёт далеко не в пользу зеленоглазых. В какое-то мгновение незнакомка и вовсе начала вспыхивать и словно телепортироваться по полю боя в совершенно хаотичном ритме. Отправляя в Бажовых бесчисленные, казалось, лучи, световые пятна и полосуя воздух бешено вращающимся в разных направлениях лезвием своей косы.

И внезапно всё закончилось. Битва будто застыла, как и тётка Марфа, оказавшаяся в какой-то момент, прямо перед противницей, но в то же время между ней и её страшным серпом, оказавшимся очень страшным оружием. Та медленно наклонила голову, как-то непонимающе посмотрев на пронзивший её грудь зелёный огненный бутон в руке нашей чародейки. А затем он раскрылся, тут же разорвав и разметав верхнюю часть тела незнакомки.

Правда, расслабляться никто не спешил, и зеленоглазые чародеи разорвали дистанцию, ещё до того, как повалилось так и простоявшее некоторое время тело, явно опасаясь какой-нибудь посмертной гадости… Но ничего вроде бы не было, хоть подобной пакости и можно было ожидать от противника такого уровня.

Я же в очередной раз убедился, что зачастую в сражениях такого уровня обычные чары практически не применяются, особенно если в команде нет чёткого разделения на эгоистов и печатников. Причём в чём-то даже правильно, что Княжеский Стол для нужд полиса сам формирует боевые руки из различных носителей «эго», а не просто постоянно нанимает у кланов сработавшиеся руки под те или иные задачи.

Нет, мы, Бажовы, конечно, сила! Вот только самое главное, что я вынес из этого сражения, было то, что противник этот для нас совсем неудобный. А ведь такой неприятный враг может появиться у любого кланового «эго»! Поэтому команда должна быть не только сработавшаяся, но и такая, члены которой умеют эффективно нивелировать слабости товарищей. Банально, конечно, но факт.

Даже не дав позаботиться о собственных ранах, а те или иные порезы в этом бою получили все участвовавшие в нём Бажовы, тётка Марфа тут же приказала подобрать труп и продолжить движение. Тем более что времени у Дарьи оставалось уже не так что бы много!

— Ну и что это было? — поинтересовался я, чуть сдвинувшись в походном ордене так, чтобы иметь возможность разговаривать с наставницей.

— Скорее всего, прикрытие ростовских, — чуть подумав, ответила одноглазая. — Мы пропустили наблюдателя. А «гастролёрам» очень не хотелось, чтобы об их делах знали местные. Вот они и выпустили на нас ликвидатора.