— Что еще за переезд в Лондон, о котором я слышал? — поинтересовался Джорджио.

Мейя посмотрела на него, поджав губы и решительно расправив плечи:

— Меня приглашают на собеседование по поводу вакансии преподавателя в частной школе.

Он нахмурился:

— Ты согласишься там работать, если тебя возьмут?

Мейя опустила руки и сжала кулаки, пытаясь выглядеть спокойной.

— Не понимаю, почему я должна отказываться, — сказала она, с вызовом глядя на него. — В Италии меня ничто не удерживает.

На подбородке Джорджио дрогнул мускул, будто он жевал нечто твердое и неприятное на вкус.

— А как насчет Гонзо? — задал он вопрос.

У Майи сжалось сердце при мысли о том, что придется расстаться с псом, которого она взяла еще щенком. Но в лондонском многоквартирном доме запрещают держать домашних животных. Кроме того, огромная дворняга будет очень скучать по Джорджио. После того как они развелись, пес вел себя как непослушный ребенок.

— Я решила, что ему лучше остаться с тобой, — ответила она.

Джорджио слегка поморщился:

— Странный поворот событий, но благоприятный. Больше недели ты спорила со мной по поводу того, с кем должна остаться собака. Я уже собирался приказать моему адвокату затеять процесс о признании меня единственным опекуном пса.

Мейя повела плечом с притворным безразличием.

— Я уверена, что Гонзо забудет обо мне, как только приедет на твою недавно отремонтированную виллу, — заметила она. — Кстати, когда ты туда перебираешься?

Джорджио запустил пальцы в волосы. От этого жеста у Мейи екнуло в груди. В последнее время она часто вспоминала о характерных манерах Джорджио. Он улыбался так, словно жизнь совсем не казалась ему забавной. Он морщил лоб, когда на чем-то сосредотачивался. Его глаза сверкали и темнели, если он хотел заняться с ней сексом. Молодая женщина мысленно отмахнулась от непрошеных образов. Джорджио пробуждал у Мейи слишком много эротических воспоминаний о том, что произошло в ту единственную ночь.

— Еще не знаю. Через неделю или две, я думаю, — откликнулся он. — Маляры пока не закончили покраску, к тому же возникли задержки с тканями для штор.

И вновь на нее нахлынули ненужные воспоминания. В прошлом именно Мейя выбирала ткани для штор и обивки мебели на вилле. Она занималась этим с таким энтузиазмом и надеждой на будущее! Как только ей стало известно, что Джорджио начал полную реконструкцию виллы и сада, она решила, что он намерен таким образом избавиться от всех следов ее присутствия. Сердце Мейи разрывалось на части, когда она размышляла о том, что все комнаты на вилле однажды будут заполнены его детьми, рожденными от другой женщины.

— Когда ты уезжаешь? — спросил Джорджио, нарушая напряженное молчание.

Она с усилием подняла на него глаза:

— В следующий понедельник.

— Довольно внезапный отъезд, не так ли? — Он нахмурился. — Мне казалось, ты давным-давно отказалась от преподавательской деятельности. Или ты хочешь продемонстрировать окружающим, что я выплачиваю тебе недостаточное содержание после развода?

Мейя не попалась на приманку:

— Меня не волнует, что думают обо мне люди, Джорджио. Я хочу вернуться к преподаванию, потому что должна воспользоваться своими знаниями.