Чтобы поставить точку в истории подводной лодки U-209 и ее командира, мы приведем еще один мемуарный отрывок о гибели данной субмарины. Речь идет о книге "В борьбе с нацистскими субмаринами" воспоминаний канадского летчика Иеремии Соломона Радетцки летавшего в качестве стрелка на летающей лодке "Canso" (типа "Каталина") из Sqdn. 5/W.

"…Это случилось 4 мая 1943 года. Наша "Canso" выполняла очередное рутинное патрулирование в районе к востоку от острова Ньюфауленд. Мерно гудели все четыре мотора "Каталины" - два авиационных, и два электрических в системе управления. Тоска и скука. Погода дрянь. Да и кто здесь может появиться? Никакие немецкие самолеты в такую даль не залетают. От скуки во время полетов, я занимался любимым делом, листал газеты с биржевыми сводками, чтобы по возвращении сыграть на продаже-покупке акций и увеличить свой капитал. Еще можно поразгадывать кроссворды. Именно этим я и собирался заняться, когда в наушниках раздался торжествующий вопль нашего радиста - рыжеволосого шотландского парня Исайи Мак Дизраэли, любящего после полета пооприходывать своим обрезанным членом всех девушек-католичек из вспомогательной службы, работающих на нашей авиабазе.

- Парни!!!- заорал он, - Нам прислали срочную работенку! Код "три креста"!

Мне было слышно, как кто-то присвистнул. Наверное, стоит пояснить читателю, что по предложению большевистского лидера Сталина, руководившего СССР в то время (кстати, до 1942 года СССР был единственной страной в мире, где существовала уголовная ответственность за антисемитизм) в приложение N2 к Атлантической Хартии была добавлена статья 18, в соответствии с которой США, Англия и СССР, регулярно обменивались списками военных преступников, подлежащих уничтожению без суда и следствия. Код "три креста" - как раз и существовал для обозначения таких преступников в шифрограммах и радиограммах.

Примерно через полчаса поисков, на экране радара, за котором сидел темноволосый крепыш из Квебека Саймон Мак Дуглас появилась отметка.

- Вижу свинячью лодку! - заорал Саймон, с заметным парижским акцентом, который он приобрел после того, как ему выбили два передних зуба на одной веселой рождественской драчке с морскими пехотинцами в баре "Ньюфаулендский тюлень", - Пеленг сорок три градуса, дистанция восемь миль!

Наша милая "Canso", качнув серебряным крылом, накренилась влево и легла на новый курс. Между нами и свинячей лодкой нацистов висела облачность, но от этого хуже было только наци - мы их видели на радаре, а они нас нет. Они так и не научились засекать работу нашего радара. Уже после войны я прочитал в одной книжке, что вместо разработки нового радара они занялись разработкой способа приготовления мыла из евреев, и потратили на это все деньги и все время.

- Легли на боевой курс! - прошла по трансляции команда лейтенанта Джимми Мак Сибира. Да, должен заметить, что командир наш, Джимми, человек неплохой, хотя юмор его, честно говоря плосковат и туповат. Мы летаем вместе уже тринадцать месяцев, и все эти тринадцать месяцев, он изводит меня одной и той же идиотской шуткой:

- Ерема, мать их итию! Что у вас у евреев, все не как у людей? Мало того, что пишете и читаете задом наперед, так еще так же и летаете?

Это типа он так намекает, что во время полета, я - стрелок - сижу спиной вперед, прикрывая хвост самолета. Достал уже честное слово! На себя бы посмотрел! Если он думает, что косоворотка, подпоясанная кушаком, чем-то похожа на шотландский килт, и делает его шотландцем, то он глубоко заблуждается! Хотя, как я уже сказал, парень он неплохой, простоватый сибирский богатырь, с кулаками, каждый размером с мою голову. Этими-то кулаками он и разгонял морпехов, когда узнал, что те выбили Саймону два зуба, приговаривая: "И сторицею воздастся!". Ну не сторицею, но полсотни зубов эти вояки на поле схватки оставили.