„Чтобы жить лучше!“ — восклицал пришелец.

„Мы живем хорошо“, — отвечал Аол.

Глядя на пустую площадь в центре деревни, пришелец удивлялся:

„Почему у вас нет памятников?“

„А зачем?“ — спрашивал Аол.

„Чтобы увековечить память ваших выдающихся людей!“ восклицал пришелец.

„Память о людях должна всегда храниться в сердце“, — отвечал Аол.

„Но вы же так можете многих забыть!“ — восклицал пришелец.

„Если они достойны — их не забудут“, — отвечал Аол.

— Это ты про нас, — задумчиво сказала Айя. — Про нас и про Кирша…

Донована охватила тихая ярость. „Не ей я это рассказываю, подумал он. — Это я им говорю. Это я должен им всем рассказать!“

— Нет, — сказал он вслух, — это не про вас. Это сказка.

И продолжил.

И тогда пришелец спросил:

„Ты знаешь, что такое власть?“

Аол удивленно поднял брови.

„А хочешь ее иметь?“

„Я не знаю, что это такое“, — отвечал Аол.

Пришелец загадочно улыбнулся.

„Я научу тебя, как ее добыть“, — предложил он.

И Аол согласился…

И тогда пришелец сказал Аолу:

„Видишь, идет Мона?“

„Да“, — отвечал Аол.

„Побей ее“, — сказал пришелец.

„Зачем?“ — удивился Аол.

Пришелец снова загадочно улыбнулся.

„Ты побей — увидишь“.

Аол долго не решался, но пришелец все настаивал и настаивал, и тогда он как-то у ручья все-таки отважился и толкнул ее. Она отодвинулась, уступая ему место. Тогда он хлопнул ее по щеке.

„Что тебе, Аол?“ — удивленно спросила она.

И он ушел.

„Избей ее, — говорил пришелец. — Избей и возьми“.

„Она невеста Эло“, — отвечал Аол, но на следующий день он-таки избил ее, а потом сделал своей женой.

Он издевался над своей женой, рвал волосы, избивал до кровавых синяков… И чувствовал при этом удовольствие.

Но пришелец сказал:

„Это еще не власть“.

И дал Аолу оружие.

„Убей Эло“, — сказал он.

И тогда Аол на мгновение проснулся.

„Вчера я отнял у него невесту“, — сказал он.

„Да, — сказал пришелец. — Это власть“

„Сегодня я хочу убить его самого“.

„Да, — сказал пришелец. — Это власть“.

„А завтра кто-нибудь захочет мою жену“.

„Нет, — сказал пришелец. — Ты не понял. Обожди“.

„А послезавтра кто-нибудь захочет убить меня“.

„Обожди, — сказал пришелец. — Ты не понял“.

„Ты болен“, — понял Аол.

„Обожди“, — сказал пришелец.

„Ты заразен“, — сказал Аол.

„Ты заразил меня“, — сказал Аол.

„Обожди“, — сказал пришелец.

Но Аол убил его.

Затем он убил Мону — она знала, что такое рабство.

Затем он убил себя. Он знал, что такое ВЛАСТЬ.»

Айя сидела тихо-тихо, не шелохнувшись. Ее огромные глаза светились в темноте.

— Страшно, — наконец сказала она. — Ты рассказал плохую, страшную сказку. Да и не сказку вовсе…

Она зябко передернула плечами и, вытянувшись, нырнула к нему на грудь.