– Да нет же, – продолжал Макс Губер, – я предлагаю присвоить его имя этой речке… Пусть больше не будет безымянной…

Вот почему река Йогаузена отныне фигурирует на современных картах Экваториальной Африки.

Ночь минула спокойно, и во время караульной службы, которую несли они поочередно, ни одно слово не долетело до их ушей.

Глава IX

ВНИЗ ПО РЕКЕ ЙОГАУЗЕНА

В половине седьмого утра шестнадцатого марта плот снялся с якоря, тихо отошел от берега и поплыл по течению.

Едва начинался день. Заря занялась почти мгновенно. Облака быстро бежали в высоких слоях атмосферы под воздействием сильного ветра. Дождь больше не угрожал, но погода сулила быть пасмурной.

Кхами и его компаньонам грех было жаловаться на это обстоятельство, потому что оно предохраняло их от убийственной жары. Ведь поверхность реки обычно открыта для отвесных лучей тропического солнца.

Продолговатой формы плот не отличался большими размерами: семь восемь футов в ширину, двенадцать в длину. Но грузоподъемности его вполне хватало для четырех человек и для багажа, впрочем, весьма скромного: металлический ящик с патронами, оружие, включая три карабина, а также чайник, котелок, чашка. Что касается трех револьверов, меньшего калибра по сравнению с карабинами, то в резерве у них было лишь по двадцать выстрелов – считать приходилось каждый патрон. Тем не менее они надеялись, что боеприпасов хватит до их прибытия к берегам Убанги.

В передней части плота на аккуратно насыпанном слое земли лежал запас сухого дерева, легко обновляемый при высадках, на случай, если Кхами потребуется развести костер на плаву. В задней части большое кормовое весло, изготовленное из доски. Оно позволяло в какой то степени управлять плавучим сооружением, по крайней мере, удерживать его в струях течения.

Расстояние между берегами было около пятидесяти метров, скорость течения – примерно один километр в час. С таким ходом плоту потребуется от двадцати до тридцати дней на дистанцию в четыреста километров, отделявшую проводника и его спутников от Убанги. Если это сопоставимо со средней скоростью пешего марша через лесную чащу, то затраченную в обоих случаях энергию нельзя и сравнивать. Плот освобождает человека почти от всяких усилий.

Было не совсем ясно, как обстоят дела с препятствиями на реке Йогаузена, которые могли бы помешать дальнейшему продвижению. С самого начала стало ясно, что река эта глубокая и извилистая. Будет еще время изучить ее повнимательнее. Если встретятся пороги и водопады, то проводник поступит в зависимости от обстоятельств.

До полуденного отдыха удача сопровождала плавание. Путем маневра удавалось избежать водоворотов, довольно частых в районе прибрежных кос, и плот ни разу не сел на мель благодаря ловкости Кхами, который крепкой рукой удерживал верный курс.

Расположившись в передней части плота, с карабином в руке, Джон Корт озирал берега единственно с охотничьим интересом. Ему нужно было позаботиться о пополнении запасов провианта. Появись только в пределах досягаемости какая нибудь бегущая или летящая дичь, и он легко с ней справится. Желанное событие произошло в половине десятого. Пуля сразила на месте самца антилопы, пришедшего на водопой.

– Отличный выстрел! – восхищенно воскликнул Макс Губер.

– Бесполезный выстрел, – заметил Джон Корт, – если мы не сумеем подобрать добычу…

– Это проще простого, – откликнулся проводник.

Умело орудуя кормовым веслом, он осторожно подогнал плот к песчаному берегу, где распростерлась туша убитого животного. Разрубив ее на куски, выбрали самые лучшие и погрузили на плот для будущих трапез.

Между тем Макс Губер проявил незаурядный талант рыбака, хотя и располагал самыми примитивными орудиями для рыбной ловли: парой веревочных обрывков, найденных в хижине доктора, а вместо крючка – колючками акации, с наживленными кусочками мяса.