Мальчику показалось, что в просветах между ветвей виден кто то, этот кто то делает какие то жесты, как бы призывая на помощь. В густеющем вечернем сумраке Лланга не мог отчетливо разглядеть живое существо: кто это? Быть может, животное?..

Пребывая в нерешительности, мальчик собирался позвать Макса Губера и Джона Корта, когда дело приняло новый оборот.

Ствол, до которого оставалось не более сорока метров, течением развернуло к бухточке, где приткнулся к берегу плот.

И в этот момент раздался очень странный крик, скорее отчаянный призыв, как будто существо просило о помощи. Когда же ствол проплывал мимо бухты, оно бросилось в воду с явным намерением добраться до берега.

Лланге показалось, что это ребенок, меньшего роста, чем он сам. Очевидно, он находился на дереве в момент его падения. Умел ли он плавать?.. Очень плохо, скорее всего, и вряд ли ему удастся доплыть до цели. Видно было, что силы ему изменяли. Он отчаянно шлепал руками по воде, исчезал на миг и снова появлялся, с его губ слетало какое то странное обрывочное кудахтанье.

Повинуясь инстинкту сострадания, не раздумывая более, маленький туземец кинулся в воду и вскоре достиг места, где барахтался ребенок, выбиваясь из последних сил.

В это же время, привлеченные шумом, выбежали на берег Джон Корт и Макс Губер. Увидев, что Лланга держит кого то над водой, с трудом подгребая к берегу, они протянули ему руки и помогли выбраться на сушу.

– Эй, Лланга, кого это ты там выудил?.. – спросил Макс Губер.

– Это ребенок… мой друг Макс… это ребенок… он тонул, он захлебывался…

– Ребенок? – удивленно переспросил Джон Корт.

– Ну да, мой друг Джон…

И Лланга встал на колени возле маленького существа, которого спас от верной гибели.

Макс Губер наклонился, внимательно разглядывая спасенного.

– Эй! Да это вовсе не ребенок! – заявил он, выпрямляясь.

– А кто же? – изумился Джон Корт.

– Да маленькая обезьянка… Отпрыск тех мерзких кривляк, что осаждали нас! И ради ее спасения ты сам рисковал утонуть, Лланга?!

– Нет, это ребенок… мой друг Макс, это ребенок, – упрямо твердил мальчик.

– Да нет же, говорю тебе, это маленькая обезьянка! Пожалуйста, отпусти ее обратно в лес! Пускай она бежит к своему семейству!

Но мальчик не хотел слушаться. Быть может, он впервые в жизни не внял словам друга и с упорством отстаивал свою правоту. Лланга продолжал видеть ребенка в том маленьком существе, которое было обязано ему жизнью и все еще не пришло в сознание после испытанного потрясения.

Не ожидая, пока их разлучат, он взял спасенного на руки. В общем, лучше предоставить все естественному ходу вещей.

Принеся малыша в лагерь, туземец удостоверился, что он еще дышит. Мальчик растирал его, грел своим дыханием и теплом, потом уложил на сухую траву, с тревогой наблюдая: скоро ли спасенный раскроет глаза…

Ночное дежурство организовали по обычной схеме. Двое друзей тут же погрузились в глубокий сон, тогда как Кхами стоял на часах до полуночи. Лланге не спалось. Растянувшись рядом, он следил за малейшими движениями своего протеже,  держал его руки в своих руках, прислушивался к его дыханию…

Каково же было изумление маленького туземца, когда часов в одиннадцать ночи вдруг послышалось:

– Нгора!.. Нгора!.. – как будто ребенок звал в полузабытьи свою мать.

Глава XI

ДЕНЬ ДЕВЯТНАДЦАТОГО МАРТА

Последняя стоянка отмерила, по их расчетам, двести километров пути. Половину его прошли пешком, половину – проплыли на плоту. Значит, столько же времени заберет и вторая часть маршрута?.. Нет, по мнению проводника, они должны пройти ее быстрее, если плавание не встретит препятствий.