— О да, ты и доктор Уэринг поехали в больницу и отвезли домой того художника, верно? Он милый, да?

— Кто? — Пета засмеялась. — Художник или доктор Уэринг?

— Я не знаю художника. Он, наверное, милый, но я имела в виду доктора Уэринга. У него замечательное чувство юмора. Мне так нравится, что, когда он смеется, у него в уголках глаз появляются морщинки. — Она нахмурилась. — Знаешь, я никак не могу понять, зачем Лориол нужен Майк, когда у нее под носом такой потрясающий мужчина! На ее месте нужно только о нем и думать, правда?.. Вот только у него, может, побольше соображения, чем у моего глупого брата! Или она пытается заставить его ревновать. Ты знаешь, как говорится, — в любви и на войне все средства хороши!

— У тебя богатое воображение, Холли Мэндевилл!

Холли хихикнула:

— Богатое, правда? Может, стану писать романы, когда вырасту. Мне приходят в голову замечательные сюжеты, а моя учительница английского языка говорит, что у меня многообещающие сочинения. Но, может, я вместо этого займусь археологией. Доктор Уэринг так интересно о ней рассказывает. — Пета удивленно глянула на девочку, и Холли засмеялась. — О, разве ты не знала, что на днях я с ним ходила на прогулку? Мы теперь хорошие друзья. Он мне рассказал жутко интересные вещи. О тебе мы тоже говорили…

— Обо мне? — Пета уставилась на нее с тревогой. — Холли, что ты сказала?

Девочка невинно смотрела на нее широко раскрытыми глазами.

— О, ничего особенного. Я только сказала, что ты мне нравишься больше всех остальных знакомых девочек и… и что я хотела, чтобы ты была моей сестрой. Знаешь, Пета, я действительно этого хочу.

— Ты и Дикон всегда обращались со мной как с сестрой. Это необязательно менять, — тихо сказала Пета.

— Мы всегда считали тебя членом семьи. Мама тоже. — Холли увидела, что выражение лица Петы изменилось. — О, я знаю, мама носится с Лориол. Но только потому, что думает, будто она немного встряхнет Майка. Она… она до сих пор тебя очень любит. Знаешь, у нее в пятницу день рождения, и мамочка собирается устроить импровизированную вечеринку. Пригласит тебя и Лориол, и доктора Уэринга, и Джоан, и Роджера Тэлботов, и… о, кучу других! Наверное, будет ужасно тесно, но это не важно. Ты придешь, да, Пета? Мне будет там плохо без тебя.

Холли могла бы добавить, но не стала, о своем ультиматуме матери, что не выйдет из комнаты, если Пету не пригласят. Она не сомневалась, что Пета храбро переносит муки разбитого сердца, и ее романтичное воображение занялось превращением жизненной ситуации в тайную драму. К тому же она была достаточно юной, чтобы верить, что в конце концов любовь побеждает.

Пета в смятении посмотрела на девочку. После ссоры с Майком… о нет, она не могла!

Холли проигнорировала ее возражение.

— Будет очень странно, если откажешься! Ты до сих пор пытаешься делать вид, что тебе нет дела до Майка и Лориол. Но если ты не придешь, все подумают, что это из-за них!

Пета прикусила губу. В словах Холли было много правды. С другой стороны, если она пойдет, ей наверняка предстоит очень неприятный вечер.

Против воли девушка вспомнила последний день рождения миссис Мэндевилл. Ей всегда удавалось организовать особенное празднество, и в прошлом году они пошли в театр. Пета с Майком сидели рядом, смеялись, а потом именно Майк отвез ее домой. В этом году… она вздохнула. В этом году все было иначе!

Приглашение Маргарет, очаровательно составленная короткая записка, пришло на следующий день. Пета размышляла все утро и наконец решила идти.