Они улыбнулись друг другу. Оба с грустью понимали, что их старой дружбе пришел конец. Обоим хватило мудрости не думать о том, что могло быть, и не жалеть об этом.

Еще долго после ухода Майка Пета сидела, уставившись в пространство. Наконец она пришла в себя. Из любопытства она вернется в галерею и выяснит, действительно ли ее портрет был продан за астрономическую сумму. Она не могла поверить, что такое возможно. Кто-то наверняка ошибся!

Первым, кого она увидела, снова войдя в галерею, был Ричард. Он выглядел необыкновенно взволнованным, потеряв свое обычное спокойствие и невозмутимость.

Как только он увидел Пету, сразу поспешил к ней:

— Пета, моя дорогая! Твой портрет продан!

— Я слышала. Я приходила сюда час назад. — Пета колебалась. Неужели Ричард волновался из-за этого? Нет, решила она. Деньги — даже такие — для него ничего не значили. Она робко спросила: — Вы не хотели, чтобы его продали, верно? Селия говорила мне, что вы не хотите расстаться с ним.

— Да, я не хотел расстаться с ним. По крайней мере… — Ричард помолчал, словно о чем-то размышляя, потом медленно произнес: — Пета, моя дорогая, ты не могла бы оказать мне большую услугу?

— Конечно! В чем дело?

— Пожалуйста, отнеси письмо тому человеку, что купил твой портрет. Я там спрашиваю, не возьмет ли он обратно свой чек. О, я знаю, что дело сделано! Но я знаю и этого человека — немного. И думаю, что, если объясню обстоятельства, он согласится сделать то, о чем я прошу.

— Хорошо. — Пета говорила неохотно, потому что мысль о таком поручении привела ее в смятение. О чем только думал Ричард? Наверняка покупатель, кем бы он ни был, придет в ярость, услышав о такой необычной просьбе! Но она не могла отказать художнику. Девушка смотрела, прикусив губу, как Ричард что-то быстро пишет на листе бумаги и кладет его в конверт вместе с ненужным чеком.

— Это послужит мне уроком, — насмешливо произнес он, протягивая конверт Пете. — Мне следовало указать на портрете: «Не продается», но я подумал, что тебя развеселит, когда узнаешь, какую цену я запросил.

Пета взглянула на конверт: 23, Олбемерл-стрит.

— Это совсем рядом. Возьми такси, я сейчас тебе вызову. — Ричард с необычной живостью удалился, раньше, чем Пета смогла ему напомнить о том, что он не назвал ей имени адресата.

Пожав плечами, она решила не беспокоиться. Кто бы ни жил в этом доме, соседи наверняка знают человека, который расплачивается за картины небольшим состоянием! В самом деле, Ричард ведет себя очень странно! Как бы сильно ему ни хотелось сохранить портрет, контракт есть контракт, и он не имел права пытаться его нарушить!

Оказалось, что ей нужен многоквартирный дом где-то в середине улицы. Она робко постучала в дверь, расстроенно думая, как же объяснить ситуацию. Дверь открыл худощавый мужчина в очках, со взъерошенными волосами и рассеянным выражением лица.

— Извините! Я думала… то есть это: случайно, не вы купили сегодня на выставке картину Ричарда Мэйна? — Она изо всех сил пыталась говорить хладнокровно, но все равно покраснела под его удивленным и заинтересованным взглядом.

— Боюсь, не я. Я не выходил из дома. Но не знаю насчет моего друга. Иногда он делает странные вещи, — весело сообщил мужчина. — Войдите и спросите у него.

Он впустил девушку и проводил ее через маленький коридор в большую уютную комнату, стены которой были заставлены книжными полками. Перед окном за письменным столом, заваленным книгами и бумагами, сидел темноволосый мужчина. Спиной к двери.

— К тебе гостья, Уэринг, — приветливо сообщил мужчина в очках. — По крайней мере, она, к сожалению, не ко мне.