Второй надзиратель вынул свою плеть, и ударил без предупреждения.

— Как, говоришь? — сказал он после этого.

— Т-тирион, — быстро ответил Даниэл.

Путь отнял у них более часа, и завёл их на несколько миль в лес Ши'Хар, пока они не достигли другой поляны. Эта по размеру была похожа на арену, где он бился с девочкой, находившуюся, как он теперь знал, в месте под названием «Эллентрэа». Однако в отличие от той арены, эта была со всех сторон окружена деревьями богов. На них росли большие балконы, выходившие на арену со всех сторон, а на балконах стояло столько Ши'Хар, что Даниэл не в силах был осмыслить.

Он знал, что это были Ши'Хар, благодаря их характерным аурам, которые были похожи на человеческие, но труднообъяснимым образом отличались. Однако внешность их сильно разнилась — некоторые выглядели почти нормально, помимо зелёных волос, в то время как у других была коричневая кожа и красные волосы. Немало было и тех, кто выглядел как Тиллмэйриас, с чёрной кожей и золотыми волосами, и других, у которых была голубая кожа и блестящие чёрные волосы. Вне зависимости от цвета у всех у них были слегка заострённые уши.

Однако лишь один из них выглядел как Лираллианта. Даниэл заметил её серебряные волосы и бледную кожу почти сразу же после того, как вошёл в арену. Она была слишком далеко, чтобы опознать её взглядом, но его особые чувства подтвердили её личность благодаря её уникальной ауре. Теперь его восприятие стало достаточно острым, чтобы опознавать кого-либо по ауре ему стало почти так же легко, как по физическому облику.

Прежде чем он смог увидеть что-то ещё, Даниэла сопроводили в находившуюся сбоку от арены комнатушку, закрытую щитом, который не позволял его чувствам проникать через стены.

— Жди здесь, — сказал ему один из надзирателей. — Мы вернёмся, когда назовут твоё имя.

— Я не смогу ничего увидеть отсюда, — заметил Даниэл.

Второй надзиратель засмеялся:

— Это — чтобы ты не узнал чужих боевых приёмов. — Он закрыл дверь.

Даниэл ждал не один час, всё больше нервничая с течением времени. Он слышал доносившиеся снаружи радостные возгласы толпы по окончании каждого матча, этот звук нарастал и стихал подобно волнам. Бойцов вызывали по именам, и ведущий говорил на странном языке, который использовали Ши'Хар. Даниэл не понимал ни слова.

Наконец дверь открылась, и надзиратели вывели его из комнаты. Ведущий что-то говорил, и толпа ликовала.

— Они, по-моему, радуются, — мрачно указал Даниэл. — Они рады моей крови, или моему противнику?

Первый надзиратель ответил ему:

— Только что объявили твоего противника, это Каруин из Сэнтиров. Он популярен.

Ведущий продолжил, и всё, что Даниэл смог понять в его речи, было его имя, Тирион, и слово «Иллэниэл». Толпа стихла, и Даниэл покосился на надзирателя.

— Иллэниэлы никогда не держали баратти. По-моему, они удивлены, — сказал тот, пожав плечами. — Удачи, — добавил он, и двое надзирателей покинули арену.

— Спасибо, — сказал Даниэл.

— Я имел ввиду — удачи в следующей жизни, баратт. Каруин тебя убьёт, — сказал надзиратель через плечо перед тем, как арену окружил барьер.

Напротив Даниэла стоял мужчина, выглядевший на двадцать с лишним, если можно было верить внешности. Даниэл усвоил, что трудная жизнь людей, которыми владели Ши'Хар, означала, что они часто выглядели старше своего возраста.

Как и прежде, вокруг арены были расположены синие светильники. Послышался громкий звон, и свет сменился красным. Пришло время сражаться. Противник Даниэла окружал себя плотным щитом сразу же после того, как поменялся свет, как раз вовремя, чтобы отклонить первую атаку Даниэла.