— Что вы делаете? — оттолкнула его Анна. — Как вы смеете!

— А почему бы и нет? — недобро усмехнулся Корф. — Красивая девушка позволила мне себя поцеловать. Но почему же только один раз? Мне мало.

— Я позволила? — вздрогнула Анна. — А мне-то показалось, что вы изменились.

— С чего бы это я должен изменяться? Себе я нравлюсь и таким! — вызывающие ответил Корф.

— Господи! — с ужасом глядя на него, воскликнула Анна. — Владимир, какой вы недобрый. Вы все время лжете, вы боитесь быть искренним. Отчего вы так страшитесь настоящих чувств?!

— Вы смеете упрекать меня в трусости? После всего, что я сделал для вас? — тон Корфа стал надменным и жестким.

— Я не просила об этом.

— И вы согласились бы умереть? — язвительно спросил Корф.

— По мне, лучше смерть, чем ваши издевательства! А я уж думала, мы стали друзьями…

— Друзьями? — прищурился Корф. — А вы всех своих друзей так целуете?

— Друзьям я готова отдать и больше, — с вызовом бросила Анна. — Но вам это не дано будет узнать никогда! Больше вам не спрятаться под маской. А я в следующий раз уже не буду так наивна, чтобы поддаться на ваш обман.

— А вы надеялись на следующий раз?

— Вы бессердечный человек, Владимир! Немедленно оставьте меня, — Анна усталым движением указала ему на дверь.

— Похоже, дым все еще не выветрился из вашей прелестной головки, — издевательским тоном произнес Корф. — Вы забыли, что ваш хозяин я, и это я решаю, когда и что надо делать моим крепостным.

— Анна! Вы у себя? Как вы — живы, здоровы? Я могу к вам зайти? — раздался из-за двери голос Репнина.

— А, вот и следующий…как я понимаю, друг? — зло рассмеялся Корф, открывая ему дверь. — Заходи!

— Что это значит? — не понял Репнин, провожая Владимира взглядом. — Что он хотел мне сказать?

— Это он не вам, это он мне ответил, — тихо произнесла Анна.

— Владимир, может, и странно ведет себя в последнее время, но вы должны простить его, Анна, — столько волнений за эти дни.

— С каких это пор он стал нуждаться в услугах адвоката?

— Не адвоката, а друга. Тем более, что мне показалось…

— Вам показалось, — тихо и вместе с тем твердо оборвала его Анна. — Извините, князь, я очень устала и хотела бы отдохнуть.

— Анна! Вы прогоняете меня? — растерялся Репнин. — Но чем я провинился перед вами?

— Ничем, но вам надо спешить, вас ждут в таборе.

— В таборе? Зачем мне ехать в табор? — удивился Репнин. — Все благополучно завершилось, убийца найден, Владимир вернулся домой. А я могу снова занять свою комнату для гостей.

— А как же Рада?

— Рада? Она, конечно, молода, красива, но она цыганка и немного колдунья, а мне нравится совершенно другая девушка.

— Но она сказала, что вы были с ней…

— Нет, Анна, нет! — воскликнул Михаил. — Она только выдала желаемое за действительное. Как только представилась возможность, я тут же бросился вас искать, но, увы! — опоздал. Когда мы нашли способ, как уличить княгиню в совершенном ею преступлении, я вернулся за вами и спас вас из огня, я вынес вас из конюшни…

— И вы? — Анна готова была разрыдаться.