Она вернулась на тренировочную площадку, взяла оружие и начала тренироваться вместе со всеми, не забывая при этом посматривать на меня.

– Что ты тут делаешь? – услышала я голос Доргу рядом.

– Любуюсь на рахушу, которую ты трахаешь, – ответила я как можно спокойнее, хотя голос предательски дрогнул. Рану заметил, что Дара уделяет мне слишком много внимания и сделал замечание, то есть ударил под ноги кнутом.

– Что? – спросил Доргу. Я повернулась к нему.

– Ты был с ней.

– Да, – ответил он, и слёзы в моих глазах не выдержали и полились. Он вот так просто об этом говорит?

– И как она?

– Никак. – Тон Доргу не изменился ни на градус. – Слезай, упадёшь.

– Если я больше не удовлетворяю тебя, нужно было сказать об этом…

– Я не желаю это обсуждать, – перебил он меня. – Слезь с перил.

Развернулся и пошёл обратно в дом.

– Доргу! Я убью эту рахушу! – выкрикнула я слишком громко. Он обернулся.

– Нет.

– И эту, и любую другую. Я не хочу делиться Доргу, ты или со мной, или сними с меня печать и я уйду, – прорычала я уже тише. Наверно стоило подумать о своих словах, но ревность буквально сжигала меня изнутри. Только что всё было в порядке, я любила его, он меня, и почему-то вдруг всё изменилось, а я даже не успела понять, когда это произошло и что послужило причиной. Как будто кто-то перелистнул страницу, а там другой сюжет, в котором любовью и не пахнет.

Доргу медленно приблизился ко мне, стянул волосы на затылке и поднял голову. Слёзы из моих глаз лились не переставая.

– Ты… ты больше не хочешь меня? – прошептала я. Доргу не ответил, наклонился, поцеловал в губы. Обнял и аккуратно снял с перил, поставил на ноги. Через мгновение на балконе я стояла в одиночестве.

Смотреть вниз на Роху я не стала, знаю, что наша милая сценка ревности стала достоянием народа, и пошла в дом. Дошла до спальни, переоделась и уже у дверей столкнулась нос к носу с Доргу.

– Я в Золра, – пробурчала я.

Доргу коснулся моего подбородка, поднимая голову.

– Не хочу видеть твои слёзы.

Не хочет?! Можно подумать, ему не понятна причина! Но продолжать кричать и ругаться не было сил, из меня словно выкачали весь воздух.

– Ты сегодня опять уедешь в ночь? – прошептала я. Доргу покачал головой. – Останешься со мной?

– Да, – ответил он и вызвал улыбку на моём лице. – Эли, как ты себя чувствуешь?

– Что? Ты о чём? – не поняла я.

– Сознание не мутится? Может тошнота или сонливость? – совершенно серьёзно спросил Доргу. Он провёл большим пальцем по моей брови, коснулся щеки, погладил губы, как будто изучая их.

– Я не беременна, – не слишком уверенно сказала я, вспоминая слова Лиру, моего друга с первых дней пребывания в этом мире и знаменитого на всё царство торговца, что я не смогу забеременеть, если мар этого не захочет.

– О, Создатель, я не об этом!

Я помотала головой.

– Нет, всё как обычно. А что? Я выгляжу больной?

– Не больной… Ты хотела в город, ступай. Купи себе го, – ответил Доргу рассеяно. Я невольно облизнулась, вспоминая очень вкусные и дорогие конфеты. В лавке Лиру они были самыми вкусными.

Спрашивать я больше ничего не стала, Доргу не из тех мужчин, с кем можно было обсуждать что-либо долго, и поспешила в город.