В ответ на это предложение де Льен лишь пожал плечами:

- Ваша светлость знает, что я не умею лицемерить. Заупокойный тон официальных бесед не по мне. Я - человек действия, и всегда говорю то, что думаю.

- Верно! - рассмеялся император, посмотрев на собеседника в упор. - Тогда скажите, что вы думаете обо мне. Самое главное, мелочей не нужно.

Жерар легко выдержал взгляд пронзительно-голубых глаз.

Этот человек, по возрасту лишь ненамного старше графа де Льена, держал в своих руках огромную часть цивилизованных земель. Не он добыл их для империи - то была заслуга его отца и деда. Нынешний император представлял собой типичного баловня судьбы: ему все доставалось легко. Слава, женщины, престол. Он любил воевать и делал это с энтузиазмом, но за время его правления границы империи расширились едва ли на пядь.

- Думаю, - ответил Жерар медленно, уже совсем отбрасывая посольский этикет, - что вам следует бояться своей страсти к удовольствиям, сир. Не сочтите мои слова за грубость или дурной намек.

Император поджал губы: он явно ожидал чего-то другого.

Спутники графа, которые только-только начинали дышать с облегчением, заметно помрачнели. Неужели Жерар позволил себе вот так глупо сорвать переговоры? Именно в тот момент, когда до успеха оставался один шаг?

- Спасибо, - процедил император, - я преклоняюсь перед вашей наблюдательностью и честностью.

Он резко ускорил шаг, так что послам пришлось догонять хозяина. Затем, так же неожиданно остановившись, император вновь повернулся к графу:

- Я преклоняюсь пред вашей честностью. Но не считаю, что вы правы. Страсть к удовольствиям лежит в самой глубине человеческой сути. Она движет нами. Она рождает то самое лучшее, что есть в этом мире. И вы, и я существуем благодаря этой страсти. А кроме нас - стихи, музыка, науки, живопись. Я ошибаюсь?

Жерар не ответил. "Я задел его за живое, - подумал он. - Видит Бог, сейчас лучше промолчать".

- То-то же, - его собеседник улыбнулся с прежней самоуверенностью, словно отсутствие аргументов со стороны Жерара убедило его самого. Потом он обвел рукой вокруг: - У меня прекрасный сад, вы не находите?

- Да, сир, - согласился граф де Льен. - У вас прекрасный сад, и здесь особенно хорошо в это время года.

Он не льстил: их окружали самые разнообразные цветы и деревья, то тут, то там были искусственные пруды, где плавали лебеди и утки, в ручьях плескалась крупная ленивая рыба. Сад императорской резиденции славился во всем мире. Его хозяевам удалось собрать огромную коллекцию редких растений, что в довершение к великолепной планировке впечатляло еще больше.

- Здесь особенно хорошо весной, - возразил император. - Впрочем, вы правы. Сейчас здесь есть какая-то полнота, завершенность. Так вот, ради чего был создан этот сад, как вы думаете?

Жерар опять промолчал.

- Всё та же страсть к удовольствию! - с триумфом возвестил хозяин. - Только ради нее. Взгляните, какая красота. Разве вам не доставляет удовольствия созерцать все это?

Казалось, он воодушевился настолько, что вот-вот - и пустится в пляс. Однако император, оглянувшись на послов, неожиданно сменил тон.

- Вернемся к делу, мы отвлеклись, - сказал он ровно, как будто став совершенно другим человеком. - Вы получите этот месяц. Получите без всяких дополнительных условий. Пусть это будет мой подарок Виктору. Но я прошу, чтобы по истечении месяца Виктор все-таки выполнил свое обещание и возвратил моего лекаря назад. Я прошу, - подчеркнул он, хотя в голосе был скорее приказ, чем просьба. - Не нужно больше ставить меня перед малоприятными фактами. Сейчас мне в любом случае некуда деваться, правда? Если я начну кричать и топать ногами, вы все равно не вытащите Викониуса откуда-нибудь из котомки. При всем своем желании.

Граф не говорил ни слова - да и что здесь можно было сказать?

Император тоже немного помолчал, а затем спросил:

- Есть еще вопросы, которые мы должны решить?

- Подарки, - напомнил де Льен, подавая сигнал товарищам.