А то бегать по здешним склонам следом за овцами мне как-то не хотелось. Гельветские Хребты, как и любые другие горы, могут быть коварными и опасными, и меньше всего мне хотелось свалиться в какое-нибудь ущелье и переломать все кости. Пошатываясь и хватаясь за дерево, под корнями которого отдыхал, я поднялся на ноги, пытаясь прийти в себя как можно скорее.

Овцы снова заблеяли, и я окинул их теперь уже совсем другим взглядом. Тощие, с колтунами в шерсти, неухоженные, вонючие. Под стать самому пастуху. Пришлось взять длинную тонкую хворостину и вручную, как самый обычный простолюдин, сгонять овец обратно в кучу.

А ведь маг уже на ранге Адепта, изучив несколько погодных и целебных заклинаний, может больше никогда в жизни не работать. Всего за каких-то десять-двадцать лет обучения. Многие на этом и останавливаются, и лишь немногие фанаты знаний и могущества идут дальше, к высшим рангам. К истинному мастерству. Поэтому во всей Лигурийской Империи и её окрестностях Архимагов можно было пересчитать по пальцам одной руки. И Архимаг Высшего Круга был всего один — я. Теперь, конечно, это место захватит Сол, даже при том, что умений и навыков для такого звания ему явно не хватало.

Узнать, в какой стороне тут деревня, не составило никакого труда. Мне даже не пришлось копаться в памяти пацана. К пастбищу и этому одинокому дереву вела довольно чёткая тропинка.

Порыться в памяти мальчишки всё равно придётся, но это чревато ещё одним приступом слабости и головной боли, так что я решил оставить это на вечер, когда я буду в тепле и относительной безопасности.

Гнать овец в сторону деревни оказалось не такой уж простой задачей, какой это казалось на первый взгляд. Безмозглые твари так и норовили уйти куда-то в сторону, упрямо остановиться, чтобы пощипать траву или справить нужду, побежать друг за дружкой, чтобы боднуть в бок или задницу. Но я справился.

Низенькие крыши деревенских домов, крытые пожелтевшим дёрном, показались из-за склона. Деревне, можно сказать, повезло, землетрясение пощадило её, сохранив дома в целости, но заборы и сараи изрядно покосились, создавая впечатление полной разрухи, неухоженности и бедности. Хотя деревенские мужики уже активно занимались починкой всего необходимого.

Завидев меня, от работающих мужиков отделилась стайка мальчишек. Я услышал их возгласы.

— Эй, это же Джаг идёт!

— А чего так рано?! Придурок и есть придурок!

— Бать, там этот буйный овец обратно гонит!

— Кто вообще дураку овец доверил?

В мою сторону побежали сразу четверо пацанов, ровесников. Я, не обращая внимания на их выкрики, продолжал гнать скот к деревне.

— Эй ты, буйный! Ты чего их привёл? Мозгов не хватило нормально пасти? — крикнул один из них, долговязый пацан, одетый богаче всех остальных.

— Уго, всеки ему! — начал подбивать на драку другой. — Может, мозги на место встанут!

— Так, стоять! — рявкнул дородный мужик, тоже направляясь к нам. По всей видимости, староста этой вонючей деревеньки. — Джаг, какого хрена ты вернулся? Сегодня ваша очередь пасти, вот и пасите как положено, до заката!

— Мастер Кай, так землетрясение же! — крикнул кто-то из мужиков, сидевший на крыше сарая с молотком в руке.

Надо же. Мастер. Но явно не Мастер в том значении, к какому я привык. Я пока не произнёс ни слова, исподлобья наблюдая за реакцией каждого из присутствующих.

Староста потрогал выбритый подбородок, словно принимая решение, а потом внезапно кивнул.

— Уго! Веди их в овчарню, потом возвращайся сюда, — сказал он.

— А чего я-то, бать?! Пусть придурок и ведёт! — возмутился Уго.