Изменить размер шрифта - +
И со светящимися от странного предчувствия глазами толкнула дверь.

В доме не было прихожей, дверь открывалась прямо в гостиную с низким потолком и толстыми балками, опирающимися на неровные стены. Изогнутая старая дубовая лестница вела к спальням и ванной комнате.

На ступенях не было мокрых следов.

Но в старом громоздком кресле у камина сидела маленькая голая фигурка, и Эллен бросилась вперед. Волосы мальчика были еще мокрыми, блестящими и прилипли к темени и лбу; на съежившемся теле виднелись капельки воды.

И когда Саймон через комнату посмотрел на мать, в глазах его была великая печаль.

 

2

 

Изменив позу, Дэвид Эш издал легкий стон. Расхлябанные стыки стула с прямой спинкой заскрипели, и он снова замер. Он посмотрел на часы на руке, светящийся циферблат сообщил, что сейчас без десяти три. Ночи.

Боже, должен быть какой-то другой образ жизни, получше, сказал себе Эш, осторожно сгибая плечи. Около трех часов ночи, а он здесь прячется в полутьме среди тряпья, полотенец и простыней, стараясь не дышать слишком громко, отчаянно мечтая о сигарете... тоскуя по выпивке. Он чуть приподнялся и потер руками лицо, прогоняя усталость. Даже шорох щетины на подбородке казался в этот немилосердный час слишком громким.

Дверь в прачечную была приоткрыта, и ночные огни, проникая через глазницы окон в коридор, обеспечивали тусклое освещение. Эш тихо пробрался к двери и выглянул в просвет. Тишина, ни движения. Запах несвежей еды преследовал его, словно пропитал сами обои, и, поцарапав стену ногтем, Дэвид подумал, не появится ли аромат, как с карточки духов в журнале. Эш бросил пустые мысли и снова прислушался. Нет, ни звука. Старики хранили покой.

Он отошел назад, повернулся к установленной на кипе белья камере и, нажав на рычажок проверки питания, увидел красный, как глаз демона, огонек. Батарея была в порядке, но разве он не проверял ее всего два часа назад? Дэвид прижал пальцы к вискам и тихо надавил, прогоняя тупую боль в голове. От усталости, или от скуки? Или истинной причиной было напряжение?

Нужно привыкнуть к этому. Бесконечные часы бездействия, такое долгое ожидание в темноте, что в конце концов даже воображение угасало. Отмахивалось от призраков. Буквально.

Он позволил себе улыбнуться, и если бы не темнота, его улыбка выглядела бы ироничной.

Эш потянулся к термосу рядом со стулом и осторожно налил себе кофе. В кофе очень не хватало бренди, но нет — он обещал Кейт. Он всегда ей обещает. Никакой выпивки на работе. Правда, этого правила он никогда не соблюдал.

«Да, Кейт, знаю, у меня проблема — да, Кейт, знаю, она усугубляется», — Эш проговорил про себя эти слова, представляя, что Кейт стоит перед ним в темноте прачечной. Но вспомни, Кейт, вспомни, что было три года назад. Могла ли она упрекнуть его? Могла ли поверить ему?

Он часто задумывался об этом. Кейт была единственная, с кем он говорил о тех трех ночах в Эдбруке, единственная, кто не усомнился в его рассудке. И все же он улавливал в ее глазах сомнение — нет, это слишком сильное слово; это было не более чём намек на недоверие. И кто бы мог упрекнуть ее? При воспоминаниях у него самого возникали сомнения, даже он сам задумывался, не было ли это ужасным сном, уродливым кошмаром, преследующим его до сего дня. Его рука прикоснулась к шраму на щеке, тонкому твердому рубцу, видному только при ясном свете, и Эш задумался...

Нет! Он чуть не выкрикнул это вслух.

Сделав большой глоток остывшего кофе, Эш откинулся на спинку стула. «Сосредоточься, — посоветовал он себе. — Думай только о настоящем, забудь о том, что случилось давно и не имеет никакого смысла. (Но это имело смысл, правда, Дэвид? Все, что произошло в том старом доме три года назад, было совершенно логично, хотя и странно. То есть если верить в злых духов)».

Эти слова в его голове словно произнес кто-то другой, это был коварный, еле слышный шепот, будто этот кто-то не хотел позволить ему забыть случившееся; но голос принадлежал ему самому, и слова были его собственные, которые он часто повторял себе, чтобы реальность и время не утратили своего значения.

Быстрый переход
Мы в Instagram