— Вряд ли, — пробормотал он.

Глава восьмая

Ночь, казалось, не кончится никогда. Сон, если и смежал веки Гранту, приходил к нему по крохам. А после коротких мгновений забытья усталость наваливалась на него с новой силой.

И виной тому пригрезившееся сновидение.

Всякий раз, засыпая, он видел во сне ее, Шайен, и не состоявшуюся на самом деле свадьбу. Свадебную церемонию, где она шла ему навстречу не в зеленом бархатном платье, которое было безвозвратно испорчено, а в традиционном венчальном наряде.

С каждым ее шагом, сделанным навстречу, в нем росло желание. Каждый ее шаг отдавался в груди сильным сердцебиением.

А затем вдруг она оказывалась подле него. Обещала любить его до гробовой доски, заботиться о нем, посвятить себя ему. Отсутствовала некая неопределенность, обычно присущая сновидениям, благодаря которой спящие понимают: все происходящее с ними далеко от действительности. Нынешний сон был сама реальность. Грант, когда соединили их руки, отчетливо понял: он нашел женщину, которую так долго и страстно искал, и теперь связан с ней навеки.

Когда он поцеловал ее, не дожидаясь повеления священника, его пронизало насквозь чувство счастья и покоя. Поцелуй навел его на мысль, что происходящее с ним не сон. Ведь он испытал подобное ощущение, когда поцеловал ее тогда возле камина.

А потом все неожиданно исчезло. Клятвы, церковь и Шайен — все куда-то пропало. Грант вновь был один-одинешенек. Один на своем ложе.

Одинок на жизненном пути.

Одиночество и чувство утраты пронзили его. Вздрогнув, Грант проснулся и сел на кровати. Его сердце стучало, как молот, тело покрылось потом. Он огляделся вокруг, пытаясь сообразить, где находится.

Он был в своем доме на острове. В собственной спальне. Чтобы пробраться в ее комнату, надо было пройти половину коридора.

Впрочем, она с равным успехом могла быть и на обратной стороне Луны, угрюмо подумал Грант. Не может же он, словно нетерпеливый влюбленный юнец, вламываться в ее спальню.

На улице по-прежнему стояла темень. Грант со вздохом улегся в кровать.

Это сон. Всего лишь сон.

Вот сейчас перестанет учащенно биться сердце, он станет нормально дышать.

Скомкав подушку под головой, Грант еще раз попытался заснуть.

И когда наконец уснул, ему вновь привиделась Шайен и свадебный обряд.

В конце концов он почувствовал себя Сизифом, осужденным вечно вкатывать на крутую гору камень, который вновь и вновь срывается с самой вершины и несется вниз мимо него. Часам к пяти Грант понял, что ему не уснуть, и отправился на кухню. Настроение у него было таково, что он скорее согласился бы жевать кофейную гущу, нежели варить кофе.

На кухне он оказался не первым посетителем.

Подавив досаду, Грант быстро провел ладонью по волосам. Глядя в спину Шайен, он горько пожалел, что не побрился и не принял ванну.

— Что вам здесь надо? — вырвалось у него.

Глубоко вздохнув, чтобы успокоиться, Шайен через плечо глянула на него.

— Готовлю кофе. Пошел ток, — сообщила она с вымученной беспечностью. — Понимаете ли вы, насколько зависимы от подачи электроэнергии, пока не смоетесь отсюда?

— Не смоюсь? — повторил он.

— Простите. Словечко из детства.

Она не раз слышала его от официанток в закусочной, когда исчезал очередной возлюбленный ее мамаши.

«Похоже, что еще один ее красавчик смылся».

— Не спится? — Грант прошел на середину кухни. — Позвали бы Майлза или Сару…

— Сара, вероятно, еще больна, а Майлз, несомненно, спит в этот час. Ведь утро еще не настало. Я, — она повернулась спиной к кофеварке, — удивлена вашим столь ранним пробуждением.