Огромный ковш наклонился, и расплавленный металл потек в широкое устье конвертера. Альборан обратился к королю:

– Думаю, у фирвулагов поджилки затряслись бы от страха, если бы они увидели все эти пышущие жаром машины, изрыгающие металл, который может стереть их с лица земли.

– Они увидят! – громко объявил Эйкен. – Я собираюсь приурочить к началу Великого Турнира открытие выставки, где будут показаны готовые изделия, изготовленные на этом заводе. Тогда, думаю, Шарн и Айфа поймут, что разгром свободных людей, живущих на руднике, им ничего не даст. Мы пустим все это в ход, если «маленький народ» будет по-прежнему стремиться к так называемой войне с Мраком.

Аксель внимательно следил за происходящим внизу. Один из рабочих в комбинезоне из серебристой металлизированной ткани поднял вверх сжатые руки в знак того, что все готово. Громадная бадья отъехала в сторону, и гигантское яйцо начало медленно поворачиваться в цапфах. Через некоторое время открытое устье конвертера оказалось направленным прямо на группу людей, столпившихся на антресолях. Гостей обдало жаром – что-то завораживающее, грозное, жуткое чудилось в огромной массе жидкого слепяще-белого металла. Все отпрянули… Яйцо не спеша вернулось в вертикальное положение и, не останавливаясь, начало наклоняться в другую сторону. Когда пасть конвертера оказалась прикрытой специальным защитным устройством, он замер.

– Все поближе! Поближе ко мне!.. – Разгоряченный выпавшей ему ролью Аксель начал покрикивать на гостей. – Сейчас я объясню, что будет дальше.

Эйкен, окруженный рыцарями тану из его свиты, стоял ближе других от дышащего огнем аппарата. Североамериканцы и другие люди разместились вдоль перил. Король неожиданно обратился к экзотикам:

– Братья и сестры по разуму! Где же ваше гостеприимство? А ну-ка, освободите место для наших заокеанских друзей. Пусть они встанут поближе, тогда им будет лучше слышно, что Аксель собирается нам рассказать. Ты тоже, Йош! Иди сюда да захвати с собой своих ребят. Здесь еще есть над чем поработать. В смысле автоматизации… Так что тебе будет о чем поразмышлять на досуге. Необходимо значительно повысить качество продукции.

Самурай – обладатель золотого торквеса – почтительно поклонился.

– Как прикажете, Эйкен-сан.

Рыжий Джим буквально засветился от радости и сразу начал пробираться в первые ряды, только хмурый Вилкас неожиданно попятился. На лице у него появилось ошеломленно-испуганное выражение.

– Давай-давай, иди сюда! – Эйкен намеренно обратился лично к нему. – Сейчас нам покажут нечто необыкновенное. Ты что, не желаешь встать поближе к королю? Что толкаться там, возле Хагена и Ниала.

Молодой Ремилард и его тринадцать товарищей держались отдельной группой. Вилкас откровенно льнул к ним, впрочем, как и Аксель. Руководитель комбината буквально лучился от радости общения с этими молодыми людьми. Шовинист до мозга костей, он испытывал к ним, не обладающим, как и он, ментальными ожерельями, особую симпатию. Вот и разболтался – выложил исподтишка, что железо – смертельно опасный металл не только для фирвулагов, но и для тану. Те внимательно слушали его.

Теперь Аксель с все более возрастающим волнением обратился к собравшимся:

– Конвертер Бессемера – это только на непросвещенный взгляд простое устройство. На самом деле это нечто замечательное. Вы, надеюсь, заметили, что сама камера не нагревается, однако уже через несколько минут температура расплава начинает резко возрастать. Почему? Дело в том, что через жидкий металл продувается воздух, который нагнетается во-он через те мехи, в камере начинается экзотермическая реакция, то есть реакция, не только очищающая металл от вредных примесей, но и протекающая с выделением тепла.