– Удивительно, – едко заметил Хаген, – как же ты, такой предусмотрительный и мудрый, заранее не запасся нашей детородной субстанцией?

– Я запасся. Кеог, наш главный экспериментатор, был полностью в курсе дела. Он взял у вас одну яйцеклетку и некоторое количество спермы, когда вы были детьми. А другой мой ближайший друг – человек, которому я доверял беспредельно, – уничтожил их как раз в то время, когда начал вливать вам в души отраву.

– Манион? – вскрикнул Хаген и залился громким смехом.

– Но, папа, зачем Алексу потребовалось, чтобы мы вернулись в эпоху Галактического Содружества? Каково твое мнение?.. – спросила Клу. Хаген тут же перестал смеяться.

– Значит, вы ничего не поняли из моего рассказа. Клу, Хаген, вы же сообразительные ребята! Неужели так трудно догадаться? – Марк опять улыбнулся своей знаменитой всепрощающей и одновременно укоризненной улыбкой, которая одно время не сходила с экранов тридивизоров, потом вздохнул. – Он считает, что «ментального человека» следует поставить под контроль Галактического Разума, всех оперантов Галактики. Он откровенный осел или провокатор!.. Тоже непонятно почему?

Клу, сидевшая с чуть приоткрытым ртом, отрицательно покачала головой.

– Да потому что раз вы существуете на свете, значит, все, о чем я говорил, потенциально возможно. Значит, Галактическое Содружество в любом случае попытается само создать подобное существо, и когда вы попадете к ним в руки, вы станете подопытными кроликами, точнее, коровами, из которых начнут качать сперму и яйцеклетки! Как я, отец, должен отнестись к подобной перспективе?

– Ага, – заметил Хаген, – значит, ты, ну ладно – мы! – сами организуем подобную ферму и начнем заниматься тем же самым. Велика разница!

– Очень велика! Жизнь сама по себе есть удивительное переплетение свободы воли и причинно-следственной необходимости. Вдумайся: если вы останетесь в плиоцене, вы станете главными распорядителями проекта. Это все будет вашим. Я подчиню вам целую планету – разумеется, без всякого насилия, крови, на договорных началах. Вас примут как почетных гостей, будут оказывать посильную помощь. Но вся ответственность ляжет на ваши плечи. Ну а то, что вас ждет в Содружестве, я хочу обрисовать более подробно. – И он в картинках изобразил то, с чем детям придется столкнуться в недалеком будущем. Клу и Хаген открыли рты от удивления, потом недоверчиво, словно вопрошая, взглянули на Элизабет.

Она покачала головой.

– Не могу сказать ни да, ни нет, – призналась она. – Я не знаю. Конечно, это крайний вариант. Содружество всегда поступало справедливо, в интересах большинства… В любом случае ваша судьба будет зависеть только от вас. Ваше оперантское мастерство, уважительное отношение к Галактическому Содружеству…

– По-твоему, нам придется поклясться, что мы станем пай-детками, этакими маленькими добропорядочными нейрончиками в галактическом единении?

– Это слишком! – запротестовала Элизабет. – Единение есть любовь, завершение гуманизма, конец отчаянию и одиночеству. Манион был прав, говоря, что в будущем вы найдете мир, который придется вам по сердцу.

– Только учтите, – добавил Марк, – это далеко не райское место для тех, кто мечтает о странном.