Беда ползком, делая вид, что ведёт бой, отходил ближе к своим новым товарищам.

— Быстрее, они наседают! — паническим голосом кричал охранник, стреляя из тепловой пушки поверх голов остальных. После попадания иглы он угомонился, а Беда обзавёлся новым передатчиком.

— Держаться! — в передатчике ревел механический голос турсулунца. — Осталось немного! Держаться или выйду и поубиваю вообще всех!

— Надо бежать! — заявил Виктор и огляделся убедиться, что на него никто не смотрит. — Мы проигрываем! Они везде. Надо отступать!

— Турсулунцы не отступают! — заревела рептилия.

— Теплокровные трусы! — негодовал Накамура. — Они должны держаться или они трупы! Как они этого не понимают?

— Может, нам надо спрятаться? — предложил Ренцо.

— Негативно! Они обыщут тут каждый угол. Нужно дать им войну и откинуть как можно дальше!

Турсулунец поднял пистолет и пошёл к двери.

— Никому не открывать! — приказал он.

— Не бросай меня! — закричал Ренцо, но было уже поздно, Фердинант Накамура хлопнул дверью и Кампана побежал закрывать замок.

* * *

— Не ждали? — турсулунец захлопнул дверь и начал стрелять из чудовищно большого пистолета. — Я убью вас всех!

Служба безопасности Банка, ободрённая прибытием столь сильного союзника, воспряла духом. Черепаха метким выстрелом сняла командира Чёрных Тигров и ринулась в рукопашный бой, разрывая десантников голыми лапами. Десант пытался держаться, но бой был неравным, тем более что сзади наседали мутахавиры.

— Господин Кампана! — Виктор колотил дверь рукоятью пистолета. — Откройте!

— Я не могу, — тут же отозвался Ренцо. — Накамура сказал не открывать.

— Он ранен, — Беда огляделся. Турсулунец тем временем поднял над собой мутахавира и сломал ему спину, сложив вдвое. — Он умирает. Надо бежать или мы трупы. Мы смогли открыть потайной ход. Надо бежать!

Круглая ручка начала проворачиваться. Ренцо выглянул наружу и посмотрел удивлёнными глазами на живого турсулунца, который только что оторвал голову десантнику, но Беда грубо толкнул банкира внутрь.

— Что происходит? — крикнул Ренцо.

— Что тебе снится, Ренцо Кампана? — спросил Виктор.

* * *

— Бронейбойщики! — крикнул Сова. — Уничтожить черепаху!

Турсулунец, словно издеваясь над Императорской Гвардией, убивал одного мутахавира за другим, ломая им броню, шлемы, кости и разбивая им головы. Прямо сейчас он держал одного гвардейца за ногу и хлестал им остальных. Тяжёлые пули из Инквизиторов разбивались о сверхтвёрдую броню на прочном самом по себе панцире.

Мутахавир с длинной тепловой противотанковой пушкой занял позицию и выстрелил. Луча не видно, но на броне турсулунца появилось маленькое отверстие, а сама рептилия пошатнулась.

— Ну это ты зря, — проговорила черепаха, отбросила труп гвардейца и ринулась на бронебойщика.

Выстрелил другой и рептилия рухнула на колени. На броне появились ещё отверстия, из них шла кровь. Она же лилась и из огромной, усиленной металлом пасти. Турсулунец с трудом поднялся и, пошатываясь, отошёл в укрытие. Его союзники из службы безопасности банка прикрывали огнём. В дальнем углу, где находились остатки орбитального десанта, кто-то стрелял из автопушки. И ни следа Викторова.

— В атаку! — приказал Сикора. — Прикончите их всех.

Мутахавиры поднялись. Пули отлетали от их сверхпрочной брони, но тепловые пушки проделывали в них маленькие ровные дырочки. Один гвардеец упал, получив магнитный заряд, который испортил электронику и выжег нервные интерфейсы.