Я вижу многое, относящееся ко мне. Это набор из вещей разной величины. Любовь — небольшая вещица. Еще меньше жалость. Ненависть гораздо больше: это гора, чернеющая на фоне пылающих небес. Но еще выше, чём эта гора, — то, от чего меня тошнит, то, что сводит меня с ума, превращает в несмышленыша. Это что-то безразмерное, неуклюжее, это разнузданное чудище, вопящее: «Взгляните на все эти страдания, на всю эту смертельную бессмыслицу! Так не должно быть! Это несправедливо!»

Вот что превращает Язи Ро в дурака. Даже если я доберусь до Драко и попаду в Талман-ковах, если вывалю тамошним мудрецам всю боль этой планеты, то добьюсь ли чего-то, кроме смеха и раздражения? Это будет бессильный вой под неприступной стеной реальности, бессмысленное битье головой о броневой щит.

Суждено ли Амадину что-либо, кроме погибели?

Туман рассеивается, и я возвращаюсь в пещеру к Зенаку Аби. У меня болят глаза, во рту вкус пыли. Передо мной человек — низкорослый, сосредоточенный. Рядом с ним стоит джетах, они вместе греются у огня. Они говорят обо мне, но голоса их доносятся до моего слуха словно бы с большого расстояния.

У меня подступает к горлу тошнота. Человек! Зенаку Аби нельзя доверять, раз он вот так запросто, по-дружески беседует с человеком. В руках у джетаха какой-то сверток, у человека тоже, поменьше.

Я сажусь. Нелепость того, что я вижу, становится все яснее. Человек не испытывает чувства вины. Он не трусит, не лебезит, не кается, не трясется от страха. Ничто не говорит о том, что его пригибает к земле осознание преступления, долга совести перед драками.

Вообще-то внутренний голос подсказывает мне: не исключено, что именно этот конкретный человек не повинен ни в каких преступлениях. Но это только крупица разума, и ее мгновенно перетягивает гиря — необъятная вселенная, имя которой — моя ненависть. А они все болтают… Я начинаю вникать в смысл их болтовни: отправить Язи Ро — меня — на Драко. Тут какая-то ошибка, но они повторяют: Язи Ро — на Драко!

— Зачем? — пытаюсь спросить я, но даже это короткое слово получается у меня похожим на скулеж собаки — я видел этих мерзких тварей, привезенных людьми на Амадин. Аби оборачивается.

— Ну как, вернулся на Амадин? Дыши глубже, Ро, напрягай мышцы. Ты выпил успокоительное.

— Успо… — Я соскакиваю, вернее, валюсь с кресла. Ноги и руки до странного тяжелы и отказываются повиноваться. — Какое еще успокоительное? — Я хватаюсь за спинку «кресла», чтобы не рухнуть: пещера вертится вокруг меня. Но головокружение быстро проходит.

— Этого должно хватить, — говорит человек, указывая на свой толстый конверт. — Цены снижаются из-за падения спроса.

— Познакомься, Язи Ро, — говорит Аби, — это Томас. Он устроит тебе перелет на Драко.

Еще не оправившись от приступа головокружения, я падаю в кресло.

— На Драко? — Я еще в плену своих видений. — Зачем? — Я указываю онемевшими пальцами на свою голову. — То, что сейчас со мной произошло, этот сон, доказало, что полет на Драко — бессмысленный поступок. — Я озираюсь, боясь, что еще не избавился от бреда. — Что это было? Что здесь делает человек?

— Позволь ответить на один из твоих вопросов, — отвечает мне человек. — Это называется слиянием сознаний. В электронно-химическом смысле мозг Зенака Аби и твой мозг на короткое время соединились. — Он достает из кармана маленький серебристый диск.