Немного поразмыслив, я понимаю, чего боюсь: вдруг, войдя в эту пещеру, я непоправимо изменю свою жизнь? Прежде чем ступить на какой-либо путь, хорошо бы увидеть, куда он ведет. Овьетах говорил, что знание пути закрывает его. Не потому ли, что, зная, куда ведет путь, я бы отказался им пройти?

— Эй! — раздается незнакомый голос.

Я вижу в проходе человека в шкурах и в шапочке, тоже из шкур. Он длинноволос и бородат. Я узнаю его, помня фотографию на обложке книги: передо мной сам Уиллис Дэвидж. Он смотрит на меня и указывает на вход.

— Здесь тебе что, сарай?

— Что?!

— Закрой дверь! — Он качает головой, разворачивается и уходит. Я закрываю дверь и следую за ним. Мой путь определен.

14

Мы сидим на грубо сколоченных табуретах вокруг большого открытого очага — единственного источника и тепла, и света. Дым уходит в трещину в потолке пещеры, но воздух насыщен запахом дыма. Дрова для очага сложены вдоль стены у меня за спиной; там же стоят сундуки и большие деревянные ящики. Постели представляют собой шкуры поверх груд ветвей. В щели в стенах вбиты сучки, на которых висят сети, кожаные сумки и разные другие предметы. Почти все здесь сделано вручную из дерева, кожи, кости.

Дэвидж в своих шкурах, с посохом в руках выглядит как первобытный племенной вождь. Он смотрит на меня поверх очков, потом переводит взгляд на Тая и Гаэзни, с них — на рукопись, приблизив ее к огню, чтобы лучше видеть.

— Значит, Язи Ро, ты привез мне книгу, и это должно остановить войну… — Его тон кажется мне насмешливым, поэтому я молчу. Дэвидж снова смотрит на меня. — Вряд ли Шигги тебе объяснил, как нам этого добиться.

— Шигги?..

— Шиген. Овьетах. Тот, кто тебя сюда прислал. Давай сотрудничать, Ро: жизнь слишком коротка, особенно у драков.

Я все сильнее злюсь.

— Нет, он ничего мне не объяснил.

Человек морщит лоб и разводит руками.

— Если неизвестно, как за это взяться, как же нам быть?

Тай наклоняется вперед.

— Наверное, дядя, тебе самому следует это придумать.

— Какая глупость! Раз Шигги известен путь, почему бы ему все мне толком не объяснить?

— Овьетах предупредил меня, что знание пути способно его закрыть.

Человек перелистывает несколько страниц и качает головой.

— Шигги всегда был любителем пошутить. — Дэвидж вскидывает на меня глаза. — Кстати, как он себя чувствует?

Я складываю руки на груди. Мне уже ясны две вещи: я не нравлюсь Дэвиджу, Дэвидж не нравится мне.

— Я не лекарь. Состояние здоровья овьетаха вне сферы моей компетенции.

Человек кладет руки на рукопись, лежащую у него на коленях.

— Он показался тебе здоровым?

— Не обнаружил ни кровоточащих ран, ни признаков опасных болезней, дядюшка Уилли.

Дэвидж слегка откидывает голову и пристально смотрит на мня голубыми глазами. Разок кивнув, он открывает первую страницу рукописи и приступает к чтению. Перевернув страницу, он выпаливает:

— Запихнул же ты себе в задницу корягу! Гляди, не поцарапай мне табурет.

Тай стискивает челюсти, чтобы не расхохотаться, вскакивает, хватает пальто и бросается к выходу, едва удостоив меня прощальным кивком. Гаэзни, не сумевший так же успешно подавить смех, фыркает и бежит в глубь пещеры, откуда открывается еще один проход. Мне обдувает ноги холодным сквозняком: это Тай приоткрыл дверь.