Прежде чем световые лучи заполнили проем снова, Том заметил двух врачей снаружи. Один из них был около восьми футов ростом.

Серые в точечках глаза Мэри сначала обнаружили присутствие в комнате Тома, а потом обратились к мониторам.

– Он потрясающе быстро поправляется, Тхомас. В сущности, он может прийти в сознание уже завтра.

– Значит, ты веришь, что он выздоровеет?

– Мы были уверены в этом сразу после того, как твоего друга благополучно доставили в госпиталь. Трудность состояла в том, чтобы не допустить распространения заражения ткани вокруг раны. С чем мы также успешно справились, к нашему счастью, – она кивнула в сторону телеэкрана, на котором была все та же картинка равнины, залитой красным светом. – Никаких признаков появления твоего брата и того странного ящика?

– Нет еще.

Он почти привык к дребезжанию ее голоса в горловой накладке и даже начал благосклонно относиться к ее внешности, в том числе и к плотно покрытой голове. Вообще-то она была хорошенькой девушкой – с правильными чертами лица, с красивыми, благородными губами. С чем Том никак не мог примириться, так это с ее постоянной манерой важничать и напоминать о своем превосходстве. Вот и теперь на вопрос Тома о том, не могут ли настоящие доктора лечить Уайта, она с возмущением ответила:

– Я сама вполне квалифицированный…

– Так ты строительный инженер, а вдобавок еще и практикующий врач?

– Совершенно верно.

– В нашем же сравнительно примитивном веке учеба и медицинская практика настолько сложны, что человек не располагает временем, чтобы заниматься еще чем-то другим. Конечно, я понимаю, у тебя самый высший интеллект…

– Но дело не только во мне, Тхомас. Наши штатные врачи все до одного занимаются еще каким-то другим родом деятельности. Доктор Холмм, молодой человек, которого ты видел, конструирует также машины для приготовления пищи, а, кроме того, является помощником дирижера нашего оркестра легкой музыки.

– Чем объяснить, что вы так много умеете?

– Человеческий мозг способен на большие достижения, если его использовать на полную мощность. В силу того, что все наше развитие, или обучение, как называете вы, осуществляется в зачаточном состоянии и раннем детстве, у нас освобождается большое количество времени для овладения многими профессиональными навыками.

Том молчал. В первый раз ее обычно горделивый взгляд немного смягчился.

– Мои вчерашние высказывания рассердили тебя, да, Тхомас?

– Рассердили меня? Ничуть.

– Скажи честно, Тхомас. Наверное, я была слишком резка. Теперь, когда мне понятны недостатки твоего умственного развития…

– Спасибо!

– Пожалуйста, не сердись. Я не хотела тебя обидеть…

Она выглядела беспомощной. Все-таки у нее есть чувства!

Ее голос стал тише:

– Прежде чем разозлиться, Тхомас, подумай. Несмотря на все совершенства наших людей, мы не нашли способ остановить вымирание человеческого рода.

И она посмотрела на него с такой болью в глазах, что его враждебность сразу исчезла.

Мэри снова повернулась к экрану.

– Как долго твой брат и говорящий ящик будут отсутствовать?

– Не могу сказать точно. Они должны дождаться появления Дональда на даче в Лукауте. И, кроме того, потребуется время, чтобы отсюда попасть к Вратам, в наши дни, и переналадить аппаратуру на середину марта. Потом, прежде чем отправиться снова в будущее, им придется еще раз вернуться к Вратам и настроить их на ваше время.

Опускаясь в кресло с резьбой, Мэри сказала:

– Между твоим братом и плавающей машиной плохие отношения. Я так и не поняла, зачем твой брат взял ее с собой.