Дилан в удивлении обернулся. Она вошла настолько тихо, что он не услышал ее шагов. Чаще его инстинкты бывали чуть острее. Она должно быть оставила ретриверов на улице.

– Да. И спасибо за чай, – ответил он. – Он меня взбодрил.

– Просто мне показалось, что вам необходимо встряхнуться.

– Встряска точно не помешала бы, – сказал Дилан.

Она улыбнулась его дерзкому заявлению.

– То есть вы из тех мужчин, которые считает, что усталость – это слабость?

– Я не устал, – парировал он. – Я беспокоюсь о ребенке своего брата. Нам важно как можно скорее найти девочку.

– Понимаю. Я думала над тем, что ваша подруга и моя может оказаться одним и тем же человеком. Это кажется таким удивительным, что у Джессики уже есть ребенок. А сколько малютке?

– Шестнадцать месяцев, – ответил Дилан.

Кэтрин покачала головой.

– Сложно в это поверить. В моей голове Джессика еще молоденькая девушка. Но это не так. Ей сейчас двадцать восемь. Сколько воды утекло с нашей последней встречи.

– И не стоит давать ей утечь еще больше, – проговорил он быстро, чувствуя, что Кэтрин – одна из тех, кто может затеряться в собственном разуме. Черт, может, это и есть то самое общее между ней и ее подругой Джессикой. – Давайте вернемся к нашему вопросу. Вы сказали, что Джессика отправилась в поездку по стране с еще одной девушкой. Расскажите о ней, пожалуйста.

– Ее звали Тереза Мейерс. Она была вместе с нами в приюте. Того же возраста, что и Джессика, но совершенно от нее отличалась по характеру. Она гордилась тем, что была клевой девчонкой. Понимаете, о чем я?

Младший Сандерс кивнул. Он сталкивался с подобными среди журналистов.

– Где сейчас Тереза?

– Я не знаю, – Кэтрин покачала головой. – Я пыталась найти ее после исчезновения Джессики в Чикаго, но не смогла определить ее местоположение. Она не вернулась ни на один из своих старых адресов, и, если быть откровенной, у меня не было средств, чтобы нанять кого-либо на ее поиски.

– Значит, Тереза тоже знала, как скрываться? Что? Разве в приюте не этому обучают: делятся с вами тайнами и вручают руководство, как исчезнуть без следа?

Кэтрин лишь пожала плечами, не обращая внимания на его сарказм.

– Всем на все плевать. Приютские дети не имеют корней. Если ты не милый ребенок, которого хотят усыновить, ты просто плывешь по системе, переезжая из дома в дом, совершенно позабыв о постоянстве или чувстве безопасности. Именно так мы и росли: я, Джессика, Тереза. Это то, к чему мы привыкли. Нас не волновало, стоит ли рассказывать людям, где мы были, потому что об этом не с кем было поговорить. Никому и дела-то не было до нас!

Несмотря на ее сухой тон, в ее глазах вспыхнула злость и Дилан почувствовал себя дерьмово за свои неуместные комментарии.

– Я прошу прощения.

– И правильно делаете. В любом случае, я не знаю, где Тереза. Впрочем, где и Джессика. На этом все.

– Но они могут быть вместе. Они ведь могут поддерживать связь после того, как Тереза уехала из Чикаго?

– Конечно, но, если бы Джессика знала, где Тереза, информация, скорее всего, сохранилась ее голове, так как в квартире не было ни единого упоминания или записки об этом. Хотя, когда она исчезла, у нее была с собой сумочка.

– Правда? – удивился этому факту Дилан.

– Насколько мы можем быть уверены, да. Это и стало причиной, почему полиция не увидела в ее исчезновения состава преступления.

– Ну, я думаю, есть лишь один способ узнать ответы на ваши и мои вопросы. Вам нужно поехать со мной в Лос-Анджелес и познакомиться с Сарой, убедиться не она ли случаем Джессика. Мы можем это сделать прямо сейчас. Я поведу.

Беспокойство Кэтрин взволновало его.