В начале 1923 г., по возвращении из Мурмана, А. В. Барченко выступил в Институте мозга с докладом, в котором представил результаты своих наблюдений над явлением «мерячения». Его сообщение вызвало большой интерес, как о том свидетельствует «Удостоверение», выданное А. В. Барченко институтом . Вскоре после этого В. М. Бехтерев пригласил А. В. Барченко принять участие в работе созданной им годом ранее при институте Комиссии мысленного внушения во главе с А. К. Борсуком и Л. Л. Васильевым. В своих воспоминаниях Л. Л. Васильев сообщает поразительный факт – о сотрудничестве с комиссией ряда петроградских оккультистов:

«Главная особенность этой комиссии состояла в том, что в ее состав входили как представители от науки, так и адепты оккультизма – спириты (Нилов, Лобода, врач Яблонский), теософы (Лихов, он же комендант здания института, в квартире которого комиссия и собиралась), реже бывали еще и другие оккультисты (Погорельский, тоже врач, Антоновский, биолог и журналист Барченко), писатель нововременец Н. А. Энгельгардт и др.» .

Однако, как мы знаем, А. В. Барченко был не только, а вернее, не столько оккультистом, сколько ученым исследователем, пытливым и самобытным. Подтверждением этому может служить тот факт, что в октябре 1923 г. специальная комиссия Главнауки (Главного управления научными, музейными и научно художественными учреждениями Академического центра Наркомпроса РСФСР), при участии ее заведующего, старого большевика каторжанина Ф. Н. Петрова, и физика А. К. Тимирязева, заслушав несколько докладов А. В. Барченко на тему о «древнейшей восточной натурфилософии» (т. е. о «Древней науке»), признала его исследования «вполне серьезными и ценными не только в научном, но и в политическом отношении». В результате было принято решение: «углубить и поддержать исследования тов. Барченко путем немедленного предоставления ему из кредитов Главнауки средств на организацию биофизической лаборатории и подготовки доложенного Барченко материала к изданию» . Таким образом, вполне можно утверждать, что исследования петроградского ученого оккультиста получили к этому времени не только известность, но и определенное признание официальной советской науки.

В это же время (конец 1923 г.) в жизни А. В. Барченко произошло еще одно счастливое событие – он вторично женился на одной из своих юных учениц и поклонниц Ольге. При этом А. В. Барченко не порвал отношений со своей первой женой Натальей, которая продолжала оставаться его помощницей и добрым другом.

10. Единое Трудовое Братство

Наряду с научно эзотерическими исканиями, в центре внимания А. В. Барченко постоянно находились и проблемы нравственного самосовершенствования, ибо, по его представлению, высочайшие достижения «Древней науки» доступны лишь высоконравственному человеку. В этом смысле большое значение имело событие, происшедшее в 1923 г. Вернувшись из Лапландии, А. В. Барченко окончательно решил, что настало время для объединения учеников и единомышленников в некое эзотерическое братство – то, что ОГПУ впоследствии назовет «масонской организацией». Так в Петрограде появилось объединение адептов «Древней науки» – Единое Трудовое Братство (далее ЕТБ). Моделью для него послужило Единое Трудовое Содружество Г. И. Гурджиева, о котором А. В. Барченко услышал впервые от С. П. Шандаровского, одного из его бывших членов. Цель ЕТБ состояла в «изучении философии, истории мистики и нравственном усовершенствовании». «Проповедь непротивления, христианского смирения, помощь человеку в нужде, не входя в обсуждение причин нужды, овладение одним из ремесел, работа в направлении морального саморазвития и воспитание созерцательного метода мышления – в этом я видел ближайшие функции ЕТБ, ориентирующегося на мистический центр Шамбалу и призванного вооружить опытом „Древней Науки“ современное общество», впоследствии «признается» следователю Барченко .