Но Рэн не завязал ожерелье на шее Энрике, а отступил.
— Наслаждайся Cárcel Infierno, amigo.
«Передавай мои лучшие пожелания Гризли и Ветру-провидице».
Энрике закричал, когда под его ногами разверзлась земля. Он пытался бороться, чтобы остаться в мире живых. Но попытки оказались бесполезны. Земля целиком поглотила его.
Как только Энрике исчез, Рэн упал на землю. Со всей силы.
Забыв о собственном ожерелье, Катери рванулась к нему. Ее переполнял холодный страх и всепоглощающий ужас. Рэн был так бледен, а дыхание — учащено и поверхностно.
Она осторожно положила его голову себе на колени и убрала пряди волос с красивого лица.
— Малыш? Ты же не умрешь, правда? Ты бессмертен.
— Нет! — Глаза заволокло слезами, а грудь сдавило от боли.
«Я не могу его потерять. Не могу!»
— Не оставляй меня, Рэн. Пожалуйста. Ты мне нужен.
Рэн наслаждался этими словами, которые не чаял услышать в свой адрес от другого человека. А то, что они были сказаны кем-то столь замечательным как Катери… о большем он не смел просить. Да и не заслуживал.
«Спасибо за это признание. Боги, как же мне не хочется покидать ее, но у судьбы другие планы для них двоих».
— Я тебе не нужен, моя ненаглядная. Тебе и без меня хорошо жилось.
— Ты прав, хорошо. Но не замечательно. Пока ты не ворвался в мою жизнь, оберегал от опасностей. Я не хочу больше быть одна, Рэн. Просто, что я могу прожить одна, не значит, будто я этого хочу.
Он поцеловал ее в щеку.
— Не плачь, Валейли… Так будет лучше.
«Он сдурел? Какое к черту лучше?»
— Как?
Прежде чем Рэн смог ответить, перед ними возник огромный свирепый мужик с хорошо развитой мускулатурой, одетый в дубленную оленью кожу. Презрительно скривив губы, он окинул их взглядом, полным ненависти.
— Он продал мне свою жизнь и таким способом пытается избежать рабства.
— Оставь ее в покое! — зарычал Рен.
— Ой, я тебя умоляю, Мака'Али, не переживай. Тебе нечего мне предложить. Через пару минут тебя даже не будет в живых.
Услышав о сделке, Катери прошиб пот, когда она поняла, кто к ним явился, хотя никогда не видела это существо.
«Дух Гризли».
— Теперь я пришел забрать то немногое, что ему осталось. Он мне очень многим обязан.
Катери не собиралась отступать.
— Не понимаю. Зачем он пошел на сделку с тобой?
Гризли процедил сквозь зубы:
— Из-за тебя. — Он выплюнул признание с отвращением. — Он всегда был глупцом.
— Нет! — с яростью выкрикнула она. — Рэн никогда не был глупцом. Но ты… Тебе следовало принять его предложение, когда Рэн отправил тебе Энрике вместо себя.
Гризли фыркнул.
— Жалкая замена.
Он потянулся к Рэну.
— Ты не заберешь его, — зарычала она, готовая насмерть драться за Рэна.
Призвав каждый грамм силы отца и бабушки, она атаковала Гризли.
Мощь ее атаки потрясла его. Но было слишком поздно. Ее сила слишком велика. И подойдя к ней, он высвободил ее дух медведя.
Никто не тронет ее семью.
Никто!
Вскочив на ноги, Катери со всей мощью напала на него, не переставая бить Гризли, пока клокотала и бушевала ярость. Не только потому, что он посмел прийти сюда сейчас. За все, что он сотворил с Рэном, за смерть ее отца. Гризли отнял или попытался забрать у нее все.
И он отнял немало.
— Ты сделал все, что планировал. На этом, Гризли, пришло время остановить тебя.
Он расхохотался над ней. |