Но запомни мои слова, дитя, у каждого предостаточно боли и печали. Преград, встающих на пути, и призраков, терзающих душу. От этого никто не застрахован, какой бы идеальной и хорошей со стороны ни казалась его жизнь. Стыд и боль никого не щадят.
— Я бы никогда не сделала ничего подобного, бабуля, — заверила ее Катери. — Уверена в этом.
Бабушка ласково улыбнулась.
— Знаю, детка. Но предостережения следует повторять. Ведь очень легко попасть под власть зависти и позволить ненависти и горечи разрушить свое собственное счастье. — Она протянула Катери пару молодых горошин и продолжила лущить стручки. — Когда я была в твоем возрасте, моя бабушка рассказала мне историю, поведанную ей ее дедушкой. Хотя я была мала, но ее слова запомнила на всю оставшуюся жизнь.
Катери жевала горох и слушала. Она всегда любила бабушкины сказки.
— Однажды мальчик подошел к своему дедушке, старому вождю чероки.
— Edudi, почему ты такой грустный? — спросил мальчик.
Старый вождь закусил губу и потер живот, будто испытывал дикую боль.
— Внутри меня происходит жестокая борьба, Uhgeeleesee, — строго произнес вождь. — Это не дает мне спать и лишает покоя.
Бабушка коснулась стручком кончика носа Катери, когда та округлила глаза, подражая наивному мальчику.
— Борьба, дедушка? Я не понимаю. Как она может происходить внутри тебя?
Катери взяла еще горсть гороха из кастрюли.
— Старый вождь опустился перед мальчиком на колени и стал объяснять.
— Глубоко в моем сердце живут два волка. Каждый достаточно силен, чтобы поглотить другого, но они заперты там, обреченные на нескончаемую борьбу. Один олицетворение зла: месть, печаль, горе, гнев, жадность, высокомерие, глупость, превосходство, зависть, чувство вины, ложь, самолюбие, тщеславие, гордость, чувство неполноценности, неуверенности в себе, подозрительность и обида. Другой волк олицетворяет добро. В нем мир, блаженство, спокойствие, мудрость, любовь, радость, надежда, смирение, сострадание, доброжелательность, великодушие, правда, вера и сопереживание. Они кружат друг напротив друга в моем сердце в постоянной борьбе. День и ночь. Не переставая. Даже когда я сплю.
Мальчик широко распахнул глаза и резко вздохнул в ужасе.
— Как же это ужасно.
Услышав, дедушка покачал головой и похлопал мальчика по груди там, где билось сердце.
— Это ужасно не только для меня. Такая же борьба происходит внутри тебя и любого человека, когда-либо бродившего по этой земле.
Катери прикоснулась к своему собственному сердцу, и ей стало интересно, прячутся ли внутри нее эти волки.
— Слова ужаснули маленького мальчика, — продолжила бабушка.
— Так скажи мне, дедушка, какой из волков победит в этой борьбе?
Старый вождь улыбнулся своему внуку и коснулся его нежной щеки, прежде чем озвучил одну простую истину:
— Тот, которому мы позволим.
Катери попыталась проснуться и сквозь сон услышала слова бабушки:
— Будь осторожна в том, какому из зверей даешь свою силу, дитя. Он всегда будет следовать за тобой и жить рядом, пока ты будешь стелить ему постель или же найдешь смелость и изгонишь навеки.
Но бабушка не остановилась на банальных предупреждениях. Она взяла Катери за руку и потянула сквозь время. В место, казавшееся ей жутким и странным, но таким знакомым. Такое чувство, что она бывала здесь раньше, просто забыла об этом.
Или избавилась от воспоминаний.
Хотя порывистые ветра были горячи, кровь стыла в жилах от ужаса, будто здесь скрывалось истинное зло. Нечто, желающее ее смерти. Сталактиты и сталагмиты застыли как бесформенные звери, наводя еще больше жути. |