- Но, если они уже пьют кровь, как же Зирент’ прибудет вовремя для брачного полета? - спросила Бекка. – Разве ему не нужно тоже пить кровь?

- Он тоже будет пить кровь, - сказал Себан и бросил взгляд на Фиону, перед тем, как добавить, - Именно поэтому Госпожа Вейра Фиона послала их назад во времени.

Фиона набрала в себя побольше воздуха и кивнула, надеясь, что Лорана поняла ее план.

Т’мар издал какой-то звук, который заставил всех повернуться к нему.

- Сейчас моя очередь следить за ним, - сказала Фиона.

Себан поймал ее взгляд и кивнул, положив руки на плечи Бекки и направляя дочь в сторону вейра Зирент’а и королевского карниза.

- Ему нельзя сильно напрягаться, Госпожа Вейра, - предостерег ее бывший всадник.

- Я знаю.

- Если ты попросишь Талент’у позвать нас, когда все закончится, мы поможем его перевязать, - сказала Бекка, и ее лицо осветилось надеждой при упоминании Талент’ы. Фиона улыбнулась и кивнула, понимая, как приятно девочке, когда с ней разговаривает старшая королева Телгара.

Фионе было приятно узнать, что под серьезным и взрослым поведением Бекки все еще скрывается маленькая девочка.

От этого открытия в ее глазах заиграла улыбка, Фиона согласно кивнула и перевела взгляд на Т’мара, пока их шаги затихали вдали. Она взглянула на забинтованную ногу. Да, Бекка не ошиблась, ногу нужно будет скоро вновь перевязать. Фиона задумалась, сравнив неподвижное тело Т’мара с живым, энергичным бронзовым всадником, которого она знала.

Ей вдруг вспомнились слова Киндана: - Из тех, кто не пришел в сознание в первый день, почти никто не выздоровел.

Но если Т’мар не выживет, что случится с Зирент’ом? Останется ли бронзовый, связанный с Лораной и Кинданом? И как же Вейр? Как всадники отреагируют, если кто-то вроде Киндана, уважаемый арфист, но не всадник дракона, займет место Предводителя Вейра?

И останется ли Киндан? Захочет ли при таких обстоятельствах остаться Лорана? И вообще, почему они решили остаться сейчас?

На мгновение Фиона пожалела о выборе Талент’ы и странном результате, к которому это привело.

"Но был ли это в самом деле выбор Талент’ы?" спросила себя Фиона, вспоминая свои собственные мысли за день до этого. Насколько результат зависел от ее собственных желаний?

"Ты любишь Киндана, - сказала она себе, - и всегда любила".

"А, может, это просто потому, что он здоров и оказался рядом? - подтрунивала она над собой. – Может, все это потому, что он всегда был где-то далеко, недоступен, был постоянным напоминанием об утраченном, о неисполненных желаниях?"

Теперь у него есть Лорана.

"И ты украдешь у нее его любовь?" упрекнула она себя.

"Это будет кражей только, если ты не захочешь делиться", - пришла к ней мысль, от которой веяло силой, как от сказанного слова. Это была не ее мысль, поняла Фиона, это была мысль Лораны.

"Я никогда не сделаю тебе больно!"

"Я это знаю", - ответила Лорана. Вдруг у Фионы появилось чувство, что Лоране сейчас не до нее, и ей нужно сосредоточиться на событиях, разворачивающихся перед ней сейчас. С ласковым прикосновением Фиона отпустила ее, нежно пожелав Лоране счастья.

- Что со мной? - громко спросила себя Фиона. Неужели другие всадницы королев тоже могут слышать друг друга? И вообще, была ли когда-нибудь такая связь? Что будет дальше? Как она сможет жить с этим?

Вдруг она услышала, что дыхание Т’мара изменилось, и посмотрела вниз.