|
Сапфировые глаза подернулись внезапной грустью, и на них даже жалко было смотреть. Но это продлилось недолго, потому что Ария была определенно женщиной, живущей одним моментом, и момент Джонатана Джентри — краткий и неяркий — пронесся долгим вздохом между двумя бутылками. И тут же пальцы женщины снова стали обрабатывать руку Мэтью, а нога под столом заерзала по его лодыжке, и Ария засмеялась в ответ на галантные шуточки Понса, засмеялась деланно и резко, и в этом смехе слышался ужас при мысли о том, что придется спать одной, чтобы не разбудить соседа по постели внезапным ночным воплем. Мэтью нелегко было смотреть ей в лицо. Да и всем собравшимся тоже, но все время ужина он чувствовал на себе взгляды Минкс Капер и Штучки. Одна пара глаз резала его на кусочки, чтобы легче было переварить, а другая, похоже, задумалась о том, каков мог бы быть вкус свободы в том славном новом мире, что он берется ей предоставить.
Наконец Мэтью покончил с последним морским коньком — шумно разгрыз его, к вниманию тех, кто был в курсе, — извинился и встал из-за стола, пожелав доброй ночи Матушке Диар, которая, кажется, правила на этом насесте. Нелегко было вырваться из копей Арии под ее печальным взглядом поверх —…надцатого бокала вина. Мэтью повернулся к ней спиной и направился вверх по лестнице… …только для того, чтобы тут оказаться настигнутым Минкс. Она схватила его за руку, тесно прижалась и спросила: — Так что с тобой стряслось на самом деле? — Лестница, — ответил он. — Упал. Случайно. — Врешь. — Если ты еще чуть сильнее повиснешь на мне, я и с этой лестницы могу сверзиться. Он шел вверх, но она не отставала. — Ты мне нужен. Мэтью сделал большие глаза: — Пардон? — Поедешь утром со мной? Хочу тебе кое-что показать там, где киты играют. Это важно. Приходи в конюшню ну, скажем… в восемь утра? — Не может, блин, такого быть! — заревел Джек Таккер, и винный бокал разлетелся на полу брызчатой смертью. Мэтью шел дальше, не оглядываясь, и Минкс рядом. Они прошли коридор со скелетами морских тварей, направляясь к главной лестнице. — Не думаю, что мне дадут лошадь, — сказал Мэтью. — Что так? — Плохо себя вел. — Не понимаю? — нахмурилась она. — Очевидно, я кого-то здесь оскорбил, конюху запретили меня обслуживать. — Снова чушь. Если тебе нужна лошадь, я возьму ее для тебя. — Тогда хорошо. — Он остановился у подножья центральной лестницы и посмотрел на Минкс с нейтральным выражением на лице. — Ладно, встретимся у конюшни в восемь. А в чем дело? — Дело в том… — она глянула налево и направо, проверяя, что никого поблизости нет. Потом вдруг наклонилась вперед и поцеловала Мэтью в губы. Долгим, уверенным поцелуем, и хотя Мэтью был изумлен этим внезапным действием, он не отстранился. — Хорошо, — сказал Мэтью, когда поцелуй закончился и Минкс глянула на него слегка увлажненными золотистыми глазами. — Это как-то касается… нас? — В восемь утра, — напомнила она и направилась вверх по лестнице, не ожидая Мэтью. Через несколько секунд она остановилась и обернулась еще раз. — Если, — добавила она. — Если что? — Если до этого не увидимся. Минкс еще на несколько секунд задержала на нем взгляд, потом пошла наверх и скрылась в коридоре второго этажа. Губы у Мэтью горели. Черт побери! — думал он. — Кому бы такое в голову могло прийти? Принцесса клинков — и увлечена им? Он ведь в этой компании самый тупой нож! И все же… у него есть молодость и есть манеры. |
