— Но любопытствуете о причине, по которой я оказался здесь? — уловил нюанс Мэтью. — Отчего так?

Фалько еще раз затянулся и выпустил дым. Глотнул бренди, и только потом ответил.

— Вы здесь не на месте. Вы не… — он поискал слова для того, что хотел выразить, — не того типа человек, что я обычно вижу. Далеко не того. А эта девушка и воин га? Они точно никак не вписываются. Я не могу понять картину, которую наблюдаю. Вы выступили в карцере против этой женщины. И за правое дело. Мои друзья, сказали вы. Вот это меня и озадачило. Видите ли, личности того рода, которых я перевожу по приказу моего работодателя, друзей не имеют, молодой человек. Рисковать чем бы то ни было ради другого… в общем, на этом судне я никогда подобного не видел. И я не мог не задуматься… зачем, ради всего святого, вы здесь оказались?

Мэтью обдумал вопрос и ответил так:

— Я — решатель проблем. Меня пригласил профессор Фелл, чтобы я решил какую-то его проблему. Вы не знаете случайно, что это может быть?

— Нет. Да откуда бы? Я в его дела не лезу. — Фалько кивнул какому-то собственному непроизнесенному замечанию. — Вот, видите? Я знал, что вы иной. Вы не из его мира, если вы понимаете, что я хочу сказать. Но смотрите, как бы этот мир не влез в вас, потому что в нем очень много денег.

— И наверняка грязных.

— Чистые или грязные, на них вы купите что пожелаете и когда пожелаете. Я когда-нибудь куплю на них корабль и начну свое морское дело. Вот для чего я этим занимаюсь.

— Разумный план, — одобрил Мэтью. Он решил попытаться снова получить ответ на свой вопрос: — А что делают другие капитаны? Помимо перевозки пассажиров?

Какое-то время Фалько не отвечал, раскуривая погасшую трубку от пламени свечи. Мэтью подумал уже, что вопрос так и останется без ответа, но капитан заговорил.

— Их четверо. Весьма серьезный флот у профессора. Остальные корабли перевозят пушки, от чего я отказался. Мне хочется иметь быстрое и чистое судно, не обремененное тяжестью чугуна. Но еще они занимаются… взятием призов в открытом море.

— Корсары?

— У них нет флага, — поправил его Фалько. — Они состоят на службе у профессора.

Схема стала Мэтью понятнее, и открывшаяся картина его очень заинтересовала.

— Значит, львиную долю приза получает профессор за предоставление этим… гм… другим капитанам надежной гавани?

— Как я уже сказал, он хорошо платит. А последнее время пошли такие призы, которые он, очевидно, признает весьма ценными.

— Какие? Сейфы с драгоценностями и золотыми монетами?

— Отнюдь. — Фалько затянулся трубкой и выпустил уголком рта струю синеватого виргинского дыма. — В последние месяцы профессор интересуется кораблями с грузом сахара с Кариб.

— Сахара? — Мэтью при этом вопросе откинулся на стуле назад: он снова наяву увидел Соломона Талли, бушующего в порту, и задающего Мэтью и Хадсону Грейтхаузу вопрос: что это за пират, отбирающий груз сахара и ничего другого не трогающий?

Третий груз за несколько месяцев, стонал Талли по поводу утерянного товара. И не только у меня, но еще у Мики Бергмана из Филадельфии и у братьев Паллистер из Чарльз-Тауна!

Работа профессора, подумал Мэтью. Посылать капитанов на торговые пути перехватывать корабли с сахаром…

— Зачем? — спросил Мэтью сквозь дым, слоями лежащий между ним и капитаном.

— Понятия не имею. Я знаю только, что сахар доставляют в гавань на северной оконечности острова и увозят телегами. — Он показал Мэтью улыбку, больше похожую на след бритвы.