Изменить размер шрифта - +
Помещение было обставлено без изысков, очень аккуратно и практично. Здесь не было и намека на черную кожу и позолоченные часы, как в остальных кабинетах «Блейклиз», не говоря уже о роскоши в апартаментах Эрни. У Чичеро не было ни стульев от Имс, ни персидских ковров ручной работы. Секретарша сидела в крохотном предбаннике, в котором стояли крутящиеся стулья из разряда функциональной офисной мебели.

Чичеро, однако, прохаживался по кабинету так, словно Эрни предоставил ему крыло дворца в Версале.

– Потрясающе! – Майкл заглянул в угловой кабинет, побольше двух других, предназначенный для руководителя отдела. – Вы даже предоставили нам отдельную кухню, – рассмеялся он. – Сьюзен так рада, что ей больше не придется бегать за булочками по два раза на дню.

– Вы наняли еще сотрудников? – спросил Эрни. Ему было наплевать, что там думает Сьюзен. Она, конечно, хорошенькая, но таких в Нью-Йорке пруд пруди. Он не занимался продвижением женщин по службе, и ему не хотелось трахнуть эту Сьюзен, так что он моментально забыл про нее.

– Да. На прошлой неделе я говорил с Феликсом. Все придут сегодня, чтобы внести последние изменения в книгу, которая готовится к печати. Конечно, им придется привыкать ко всему этому. – Майкл обвел офис мускулистой рукой, и Эрни понял, что жалоб по поводу кабинетов не будет. Для Майкла Чичеро то, что он видел вокруг себя, было роскошью.

– Мы с Дженет должны побеседовать с вашими иллюстраторами, – приветливо улыбнулся Эрни. Адвокаты посоветовали ему лично познакомиться с теми людьми, от которых зависел успех «Грин эггз», чтобы потом легче было избавиться от них.

Больше всего он боялся, что Майкл уйдет до того, как «Блейклиз» переманит к себе его сотрудников. – Мы гордимся тем, что знаем в лицо всех своих сотрудников.

– Хорошо. – Майкл с трудом скрывал неприязнь к этому человеку. Он ненавидел эту чертову корпоративную культуру, в рамках которой руководители называли своих подчиненных семьей или командой, а потом без колебаний увольняли неуспевающих работников. Кроме того, у этого тщедушного англичанишки был маникюр на руках и легкий искусственный загар. По мнению Майкла, Фокстон вообще не был похож на мужчину. Но у него имелись деньги. Пока Майкл не получал от Фокстона ни меморандумов, ни рекомендаций по управлению делами. Ничего, только доллары, беседы с финансистами и чеки-чеки-чеки.

Больше никакой дешевой бумаги и тонких обложек, напомнил себе Майкл. Ему никогда уже не придется разъезжать по Бруклину и Лонг-Айленду на грузовичке, набитом книгами. Этим будет заниматься специальная служба «Блейклиз».

Эрни протянул тонкую руку, и Майкл осторожно, чтобы не раздавить, пожал ее.

– Рад видеть вас в «Блейклиз», – сказал Эрни. – Нам нравятся талантливые люди. Мы верим, что вы здесь добьетесь успеха.

«Что, черт возьми, он имеет в виду?» – подумал Майкл, скрывая эмоции за улыбкой.

– Спасибо. Мои ребята скоро придут, и я пришлю их к вам.

– Отлично. И помните, что вы теперь член семьи «Блейклиз», – добавил Эрни. Затем он фальшиво улыбнулся Сьюзен Кац и вышел за дверь.

Закрыв за Эрни дверь, Сьюзен взглянула на своего красавца босса. Он смотрел в окно, облокотившись о подоконник. В офисе пока никого не было: работники креативного отдела никогда не появлялись на работе раньше десяти часов. На секунду она представила себе, что Майкл сейчас повернется, задерет ее коротенькую юбку оттенка бургундского вина, сорвет кружевные чулки, бросит на стол и затрахает ее до полусмерти.

– Что будем делать? – спросила она.

Майкл повернулся и протянул ей аккуратно сложенный лист бумаги, который он извлек из кармана пиджака.

Быстрый переход