– Нора, – Майк с трудом справился с комком, застрявшим в горле, – я не тот, кто тебе нужен.

     Она наклонила голову и ответила ему кривой улыбкой, которая ножом вонзилась ему в сердце.

     – Откуда ты знаешь, кто мне нужен, ковбой?

     – Хватит меня так называть, – буркнул Майк, – я фермер.

     – Ты ковбой, – прошептала она.

     Ее пальцы опять скользнули ему в волосы, и снова молнии пронзили все его существо.

     – Я не пойду на это.

     – Думаю, пойдешь.

     Майк мысленно чертыхнулся – права она, а не он.

     – Давай же, ковбой, – шептала она и тянулась к нему губами, – будь мужчиной, поцелуй девушку.

     Он провел правой рукой по ее спине, по волосам – мягким, шелковистым, захватил их в ладонь на долгую, долгую секунду, отчего у него остановилось сердце. Он глядел в ее голубые глаза и тонул в них, последняя рациональная мысль промелькнула у него в голове: Что я делаю? Но какой вред может быть от одного поцелуя?

     – Есть, мэм, – пробормотал он, обхватил ее губы, и они слились в яростном поцелуе, мощном, как мчащийся экспресс.

     Нора вцепилась в Майка и отдалась новому для нее ощущению. Весь этот вечер она провела в сильнейшем эмоциональном напряжении. Сначала она дразнила Майка, потом неотлучно сидела рядом с больной Эмили и вот теперь оказалась с Майком в полутьме. Говорить с ним, смотреть в его зеленые глаза – этого более чем достаточно, чтобы вышибить из колеи любую здоровую женщину.

     Она видела его таким нежным, таким любящим отцом, каким не представляла в течение всех этих двух недель. Майк Феллон – мужчина, которого она и не надеялась встретить. Тело у нее гудит, когда он оказывается рядом. Она не хочет оставлять его на ночь, не может дожидаться той минуты, когда снова его увидит. Или это любовь? Неизвестно. Ей не хотелось задаваться этим вопросом, пока по крайней мере. Сейчас ей необходимо только ощущение.

     Много лет она берегла себя, надеялась, молила о том, чтобы в ее жизни появился кто-то единственный. Прошло время, и она оставила надежды. А здесь, сейчас, сегодня она его встретила.

     Его не интересует любовь, об этом она подумает завтра, а сегодня ей нужны его руки, которые ее обнимают, ей нужно осязать его, чувствовать его вкус, принять от него все, чего ей не хватало долгие годы.

     Он приоткрыл рот, его язык проник между ее губами, и сознание у нее затуманилось. Ее целуют не в первый раз, вопил разум, но плоть следовала своей логике. Может, когда-то ее и целовали, но сейчас ее целуют.

     А в том, что касается поцелуев, Майк – гений.

     Она негромко застонала, когда он захватил ее губы своими губами... Его дыхание щекотало ей щеку, их языки переплетались, Нора уже ничего не видела, у нее кружилась голова, а пульс пускался в бешеный танец, отдающийся в ушах и заставлявший ее содрогаться.

     Его руки двигались вдоль ее спины, ласкали ее тело и дарили ей неземное удовольствие. Она вцепилась в широкие плечи Майка так, будто только от него зависела ее жизнь.

     Ослепительный свет вспыхнул в ее закрытых глазах и рассыпался искрами по всему телу. Думать ни о чем не хотелось, но это уже ничего не значило – мысли не были нужны. Она забыла дышать, и ей было все равно. Она оказалась во власти теплой, твердой силы, и остальной мир больше не существовал.