Первых людей встретили только когда свернули с кольцевой дороги. Еще издалека они меня заметили и заметно напряглись, остановившись. Изначально шли в попутном мне направлении, из города, но Жак, желая скорее получить оплату своего труда, тащил повозку довольно быстро, и мы вскоре поравнялись.

Всего их было шестеро, два мужика, на вид лет сорока, три женщины чуть помладше и мальчишка пяти-семи лет. Агрессию они проявлять не стали, но держаться старались на расстоянии, не поворачиваясь ко мне спиной. Я тоже не стал брать в руки лук, чтобы не провоцировать людей почем зря, да и толку от него, в случае чего, не особо много. Когда вежливо попросил быка остановиться и он меня послушался, поймал на себе недоуменные взгляды, в ответ на что лишь улыбнулся.

Вежливо поздоровался с ними и спросил куда они идут, на что мне довольно грубо ответили что это не совсем мое дело. Что-ж, ладно. Я сделал вид что их больше для меня не существует и собрался, было, ехать дальше, но пацан подбежал к Жаку, от чего тот даже попятился назад, и спросил меня можно ли погладить зверушку. Я рассмеялся и сказал чтобы спрашивал у самой зверушки, ибо не могу принимать за нее столь важные решения.

Его попыталась оттащить одна из женщин, видимо мать, но Жак на нее слегка рыкнул, от чего та в испуге замерла. Мужики в тот же миг похватали дубины, но бык начал бить копытом и их пыл так же поубавился. От этой картины мальчик лишь заливисто рассмеялся и, обращаясь к Жаку, спросил.

– Дядя бык, можно вас погладить? – дядя бык… Я хохотнул, а бык, утвердительно кивнув, подошел к нему и ткнул мокрым носом в маленькую ладошку.

Мальчик очень обрадовался и гладил морду, размером практически с него самого, минут пять, а потом начал дергать за рога. Пока Жак стойко выдерживал это испытание, я предпринял еще одну попытку наладить контакт, все равно делать нечего, а ребенка обижать, забирая такую интересную игрушку, не хочется.

– Товарищи, добрее быть надо! – обратился я ко всем взрослым, укоризненно покачав головой. – Я же вам ничего плохого не сделал, а вы грубите…

– Ну… Мы это… Мало ли кто ты… – замямлил один из мужиков и потупил взгляд, но остальные его не поддержали, все так же настороженно глядя на меня.

– Ты чего от нас хочешь? – подал голос второй, худощавый, невысокого роста дядька. – Дай угадаю, предложишь нас подвезти и отвезешь к своим дружкам, где они нас и прикончат, а баб секс рабынями сделают? – я окинул взглядом женщин, и не понял нахрена их брать в рабство. Тетеньки не первой свежести. В голову полезли всякие гадкие мысли и я даже встряхнул головой, пытаясь их выбросить.

– Да нахер вы мне сдались, идите уже куда шли, – у меня пропало всякое желание продолжать разговор, не хотят со мной идти, ну и не надо, по пути меня человек двадцать точно ждет. Дождусь когда пацан наиграется и поеду дальше, и так времени на них многовато потратил.

Мать мальчика снова к нему подошла и силой оттащила от Жака, гневно глядя на меня. Бык посмотрел на это безобразие, вздохнул, и потащил повозку дальше. Люди проводили нас взглядом, не решаясь идти следом, а я сидел и думал. По идее они ведут себя глупо, встречая всех сразу в штыки. Например сейчас у них была возможность осесть в неплохом месте, где относительно безопасно и хватит на всех еды.

Или это я идиот? Ведь относись они к людям иначе, любой ублюдок просто развел бы их, как меня в свое время Михаил. Ладно я, дуракам везет, но у них маленький ребенок, которого надо кормить, поить, одевать. А сколько уродов ходит вокруг? Уверен, подавляющее большинство. А значит логичнее просто слать куда подальше всех встречных.