|
И отшельник, совершавший мессу, обнаружил на покрове, покрывавшем чашу, таинственную надпись. Ее буквы гласили, что сам Бог желает, чтобы Тело Его было принесено в жертву в такой чаше в воспоминание о Нем». Отшельники, оказывается, пришли в замок Грааля потому, что в лесу появился злой Черный Отшельник и справиться с ним может только Перлесваус, что он и делает. После того как лес освобожден, Перлесваусу дается откровение, что теперь святые отшельники могут возвращаться, но каждый должен взять себе по одной святыне из замка. Голос сообщает ему, что больше Грааль не появится в замке, но очень скоро ему дадут весточку, где он находится, и пришлют ладью. Именно так все и происходит. Перлесваус уплывает на ладье, а над замком Грааля водят хоровод ангелы.
Таким образом, сугубо богословский спор стал поэмой о Пресуществлении. Во всех изложенных выше историях о Граале, чем бы он ни был, речь идет о чаше и только о ней. Но проходит буквально несколько лет, и появляется еще одна великая поэма о Граале. И ней он внезапно предстает в иной форме. Теперь наш Грааль — камень.
ЧАСТЬ ВТОРАЯ
КАМЕНЬ. ЗАМОК. КОВЧЕГ
По направлению к Гиоту
_____ Теперь из области кельтской мифологии и апокрифического Востока переместимся на южные земли Франции. Именно там стоит искать корни поэмы Вольфрама фон Эшенбаха «Парцифаль». Считается, что она написана немногим позже Перлесвауса, между 1205 и 1220 годами. И написана она не французом, а немцем. Причем, что очень интересно, немец изо всех сил стремится вернуться к первоначальному тексту «Персиваля», то есть даже не к тексту самого основоположника этой суеты вокруг Грааля, а источникам этого текста, дополнив его своими сведениями. Здесь речь идет не еще об одном сюжете Грааля, а о структуризации сюжетов как таковых: ко времени Вольфрама сказаний о чаше появилось столько, что стала теряться, как он считал, подлинная история Грааля. Вольфрам был остроумным, веселым и искренним человеком, и вряд ли его устраивало то дидактическое направление, которое стали принимать поэмы о Граале. К тому же, зачтем ему это как высшее из средневековых достоинств, он не был фанатиком. Скорее наоборот: к любому фанатизму он относился с крайним неприятием. Так что превращение Граали и песни о Евхаристии было противно этой бурной и честной душе. Совсем не случайно его современники, видевшие в истории о Граале отличный дидактический материал дли полной христианизации Грааля, называли его текст темным и предлагали искать разъяснения в книгах по черной магии — они чувствовали, что поиски Вольфрамом истоков легенд о Граале уводят его в совершенно нежелательную сторону. Куда же вели его эти поиски? На землю Прованса. Ведь Вольфрам сам считал себя миннезингером, а родные братья миннезингеров — трубадуры — были родом из Южной Франции: Лангедока, Аквитании, Прованса. Если учесть, что эти южные корни были у Кретьена де Труа, то вполне понятно, почему Вольфрам несколько раз уточняет, что рассказанная им история ближе всего к оригиналу, вся беда — незавершенная. Так что спустя сорок лет после рождения первого литературного Грааля немецкий поэт Вольфрам фон Эшенбах написал книгу с завершенным сюжетом о Граале. В ней есть все: и мотивация поступков героев, и введение в сам сюжет, и размышления автора о его времени (нелестные, однако), и волшебные приключения, и описание придворной жизни, и тайны Грааля, и такое отношение к вопросам веры, что диву даешься, как все это могло родиться во времена Крестовых походов. Неортодоксальные, скажем, отношение. А по тому, как он описывает вымышленные земли Юга и таковые же Севера, ясно: Юг он знал, зато с Севером было хуже. Так что Грааль Вольфрама — Грааль Юга. Среди своих источником — помимо Кретьена — он упоминает некоего знаменитого поэта Гиота или Гюйота, якобы все им писано именно с его слов и достоверных текстов, выполненных арабской вязью или же на языке Прованса. |
