«Возьми себя в руки, — мысленно приказала себе девушка, — Сначала подумай, потом скажи».

И она принялась думать, воображая, как на шее этого ненавистного ей человека с равнодушными зелеными глазами затягивается петля палача. Его лицо превращается в отвратительную багровую маску, потом он висит так долгое время, пока наконец тело не снимут и не похоронят в дешевом сосновом гробу на Бут-Хилл.

Такой исход событий показался Мелоре весьма привлекательным, она открыла глаза и мрачно улыбнулась.

— Превосходно, — сказала она, подражая интонациям Кэла. — Если вам не терпится получить камею, возьмите ее. — Дрожащими пальцами девушка нащупала застежку. — Но я надеюсь, что очень скоро вы пожалеете о каждой минуте, когда эта вещица принадлежала вам. Мой жених доберется до вас…

Мелора запнулась на полуслове, заметив злобный взгляд Кэла. Она внимательно посмотрела на него, стараясь разгадать, что за этим последует.

— Да ну? — тем временем с усмешкой произнес ее мучитель, склонив голову набок. — Неужели вы надеетесь запугать меня ужасными наказаниями, которые приготовил мне мистер Вайэт Холден?

Мелора опешила, ее сердце вдруг глухо забилось.

— Я ни разу не упоминала при вас имя Вайэта, — медленно произнесла она. — Откуда оно вам известно?

— Я знаю много разных вещей, мисс Дин, и даже кое-что, касающееся именно вас, — произнес Кэл, протягивая руку, чтобы забрать камею.

Мелора недовольно поморщилась, но не пыталась отвести руку. Это далось ей нелегко. Она боялась, что не удержится и вступит с ним в борьбу. Но когда пальцы Кэла коснулись ее руки, они обожгли словно раскаленные угли, и Мелора невольно выпустила камею.

Казалось, Кэл не испытал торжества победы. Он на мгновение замер, любуясь искусно выточенной из слоновой кости камеей, а затем осторожно зажал ее в своей грубой ладони.

Когда он снова поднял на Мелору глаза, от них, как всегда, повеяло холодом.

— Теперь вы можете одеться.

Кэл мрачно смотрел, как она, подхватив вещи, торопливо пошла к деревьям.

Девушка, в свою очередь, испытала огромное чувство облегчения, когда листва наконец укрыла ее от этого тяжелого взгляда.

Через пятнадцать минут Мелора была уже готова. Она умылась в ручье, привела в порядок гриву густых волос и облачилась в единственно пригодную для ее теперешнего положения одежду. Все ее платья, заботливо приготовленные для медового месяца, — темно-красное дорожное, шелковое нарядное цвета морской волны и кремовое для прогулок с элегантно украшенными кружевом рукавами, — так и остались аккуратно сложенными в медном сундучке. Мелора решила надеть бархатный темно-зеленый костюм для верховой езды, который обычно носила в Бостоне. Отец купил его незадолго до того, как она впервые покинула дом и отправилась на учебу.

— Ты будешь совершать конные прогулки в прекрасных парках Бостона, Мел. А это совсем не то, что кататься верхом на ранчо, — сказал он тогда, и его глаза наполнились влагой. — Я не хочу, чтобы эти задаваки с востока очень уж задирали нос перед моей дочуркой.