Наконец дверь распахнулась, и они вошли внутрь. Просторная комната изначально предназначалась для хозяйки дома, но после того, как его жена умерла при родах около тридцати лет назад, дядя Анны превратил это помещение в своего рода музей. Колеблющееся пламя оловянного канделябра, который Джошуа прихватил из спальни сэра Фрэнсиса, осветило безнадежно запущенный интерьер.

На окнах висели рваные бледно-голубые шторы. Грязные китайские обои отслаивались от стен. Причудливая лепнина на потолке стала прибежищем для целой колонии пауков. Пахло оружейным маслом и затхлостью.

Однако футляры с ружьями были достаточно чистыми и не пыльными. По настоянию дяди Анна тратила по полдня в неделю, помогая ему ухаживать за коллекцией. Правда, после дуэли она здесь ни разу не была.

Откинув назад полы сюртука и подбоченившись, Джошуа медленно осматривал ружья. Лицо его было абсолютно бесстрастным, но Анна подозревала, что ему не слишком приятно видеть такое количество смертоносного оружия, выставленного в футлярах со стеклянными передними панелями.

– Взгляните на эту четырехстволку, – с воодушевлением сказал сэр Фрэнсис, открывая один из футляров. – Это Германия, пятнадцатый век. Из такого ружья можно произвести двадцать девять выстрелов без перезарядки.

– Если оно не выстрелит тебе в лицо, – сухо вставила Анна. Она поднесла канделябр поближе, чтобы мужчины могли как следует рассмотреть старинное оружие. – Это один из очень немногих сохранившихся экземпляров.

– Я вижу, ты знаешь все про эти «пушки», – заметил Джошуа, пристально посмотрев на девушку.

– Она-то? – переспросил сэр Фрэнсис, не дав ответить племяннице. – Да она с завязанными глазами разберет и соберет каждую – от этого старомодного охотничьего ружья до современной бейкеровской винтовки!

– Ваша племянница – поразительная женщина, – проговорил Джошуа.

– А еще она умеет стрелять, так что советую следить за своим поведением. – Из горла старика вырвался хриплый смешок. – Я время от времени разрешаю ей брать мои ружья, чтобы поупражняться в меткости. Да вот не далее как в прошлую пятницу она вернула мне французскую дуэльную пару и взяла мой итальянский пистолет. Он такой маленький, что вполне помещается в карман.

– В пятницу? – Джошуа, прищурившись, посмотрел на Анну. – Наверное, она зашла сюда по пути в библиотеку.

Анна отвела глаза и, желая сменить тему, тронула дядю за рукав потрепанного сюртука из синего атласа, вышедшего из моды лет сорок назад.

– Лорд Джошуа интересуется кремневыми мушкетами, – сказала она.

– Мушкетами? А ведь я и сам пользовался мушкетом, когда служил начальником полиции в Суссексе. Вон тот принадлежал моему деду.

Сэр Фрэнсис повернулся к футляру, стоявшему в углу комнаты. Анна пошла за ним с канделябром. Дядя показал им несколько мушкетов, оговорив все их особенности.

– Можно мне взглянуть на эти ружья при лучшем освещении? – спросил Джошуа.

Сэр Фрэнсис кивнул, и Джошуа раздернул шторы, впустив в комнату свет пасмурного дня, после чего внимательно осмотрел мушкет, поворачивая его в руках.

Анна взяла другой и заглянула в ствол, потом проверила казенник и курок.

– Мой чистый, – прошептала она. – А твой?

– Тоже.

Они осмотрели остальные мушкеты, но не обнаружили никаких следов пороха и смазки. Анна не знала, радоваться или огорчаться этому обстоятельству.

– Мушкеты в отличном состоянии, дядя, – сказала она.