Сделав одновременно два молниеносных выпада, круша тяжелыми шагами хрупкий известняк, в клубке кулаков и когтей, они вклинились в джунгли, подсекая на пути стволы.

Макрив сделал еще один яростный рывок вперед и, сбив демона, отбросил их обоих назад к водопаду. Подняв облако известковой пыли, они рухнули на каменную плиту и, перевалив через край террасы, шлепнулись в водоем внизу.

Получив преимущество, Кейд оседлал Макрива. Но задержался ненадолго.

Макрив оттолкнул его от себя и, выбросив вперед одну руку, схватил его за горло, а второй, с растопыренными когтями, располосовал противнику торс. Прозрачная вода окрасилась кровью.

Макрив дрался с такой же неистовой яростью, как в ту ночь на Ассамблее, когда она любовалась им…

Ридстром без предупреждения ринулся в клубок сверкающих кулаков. Когда ему, наконец, удалось разнять их, все трое тяжело дышали и обливались кровью.

Повернув голову, Макрив сплюнул кровь и прохрипел:

– Ведьма – моя.

И прежде чем она успела отреагировать, уже стоял на уступе рядом с ней и, прижимая к своему боку, обнимал массивной ладонью ее затылок. Его рот щерился, обнажая клыки.

Кейд тоже в ответ показал зубы.

– Только приблизься к тому, что принадлежит мне, и ты – покойник.

С этими словами оборотень перекинул ее через плечо и направился по воде к другой опушке джунглей.

Желая освободиться, Мари замахала ногами и руками.

– Какого черта ты делаешь?

– Сейчас выпорю. Если кто-то по глупости вздумает меня преследовать, это зрелище наверняка его остановит.

Получив такое напоминание о своем открытом для всеобщего обозрения заде, Мари прекратила сопротивляться и только спросила:

– Куда ты меня тащишь?

– В укромное место. – Он перемахнул через ручей, заставив ее ахнуть, и добавил: – Нам нужно кое-что между собой уладить.

Ощутив на спине струи водопада, Мари взвизгнула. Он по-волчьи стряхнул с головы воду.

Только не в пещеру!

Минуту назад она сидела на солнышке и болтала с демоном, а теперь ее волокли снова в темноту, как какой-нибудь трофей неандертальца.

По мере того как Макрив углублялся в джунгли, сверху стали просачиваться солнечные лучи. Как это возможно? Мари повернула голову. Он нес ее к одной из карстовых воронок с чистым водоемом на дне. Из книг Мари знала, что такие места – их здесь было много – считались у майя священными.

Резко поставив ее на ноги; он рявкнул:

– Заруби себе на носу, чтобы в таком виде больше на людях не показывалась. Да еще, если немедленно не замаскируешься гламуром, раздобуду тебе еще один долбаный плащ!

Ее восторг, вызванный красотой этого места, в один миг сменился гневом.

– Ты сумасшедший.

– Все в тебе, начиная от фигуры и рыжих волос и кончая чертовым кольцом в пупке, заставляет мужчину терять голову. Кейд знал, какому риску подвергается, и все же решил испытать мой гнев, приблизившись к тебе.

– Еще раз. Я не твоя! И нельзя было избивать Кейда… Ты мог убить его.

– Ты хочешь меня?

– Пойду проверю, как он… – Мари попыталась уйти.

– Нет, ты хочешь меня! – Он схватил ее за локоть и повернул к себе. Его глаза горели неистовством. Сквозь разорванную рубашку она видела блестящую от пота грудь, все еще вздымавшуюся от драки. – Это очень ответственное время. Я не заявил на тебя своих прав, а полнолуние приближается. Ты принимаешь знаки внимания другого мужчины? Ведьма, ты играешь с огнем! – Тыльной стороной ладони он стер с виска кровь.