Как выяснилось, Салли сотворила не ужин, а чудо: нежный жареный ягненок, приправленный розмарином и чесноком, золотистые ломтики картофеля и тыквы, фасоль и морковь, приготовленные на пару, и мятный соус, пикантный, но ровно настолько, чтобы не отбивать вкус еды. Найденные в холодильнике и поджаренные в фольге до хрустящей корочки рогалики дополнили пир.

— Лучшего жаркого я еще не ел, — похвалил Эдам, и Митч охотно согласился с ним, пытаясь встретиться взглядом с Салли.

— И я, — подхватила Клэр, радуясь, что сестра, наконец проявила интерес к чему-то, кроме собственных проблем.

— Вкусно, — причмокнул Джейми, которому — в виде исключения — разрешили поужинать со взрослыми.

Просияв впервые за много недель, Салли обвела взглядом благодарные лица… на лице Митча ее глаза задержались, может, на секунду дольше, чем на остальных.

— Это еще не все, — объявила она, вскакивая из-за стола. — Я испекла яблочный пирог.

Через минуту Салли вернулась со своим шедевром и чашей взбитых сливок. Когда пирог был разрезан и из золотистого сдобного теста показались аппетитные запеченные яблоки, раздались восхищенные охи и ахи.

Но, откусив по первому кусочку, все скривились и переглянулись.

— Гадость! — Джейми выплюнул то, что успел взять в рот, и с грохотом уронил ложку.

— Кажется… кажется, у нас проблема, — осторожно сказал Митч.

Салли нахмурилась, попробовала сама и в ужасе вскрикнула:

— О Боже! Это соль! Я насыпала соль вместо сахара!

Она была готова разрыдаться.

— Не переживай. — Эдам подавил улыбку. — С каждым может случиться. Я как-то в ресторане насыпал в кофе сыр пармезан, думая, что это сахар. Он был в серебряной чаше, очень похожей на сахарницу.

— Но… — Губы Салли дрожали.

— Все в порядке. — Эдам положил ладонь на ее руку. — Завтра можешь испечь другой пирог. Сегодня, после такого изумительного жаркого, мы прекрасно обойдемся без сладкого. Достаточно кофе…

Салли выдавила благодарную улыбку.

— Я принесу, — сказала она, высвобождая свою руку и снова вскакивая.

— Я помогу, — предложил Митч, отставляя свой стул.

— Я выпью кофе позже, — крикнула Клэр им вслед. — Пора укладывать Джейми.

Клэр весь вечер хотела поговорить с Эдамом без посторонних, но оказалась с ним наедине только после того, как Митч ушел домой, а Салли, измученная кулинарными подвигами, — в свою комнату.

— Эдам… — Клэр дождалась, когда он оторвался от журнала «Земледелие и скотоводство» и поднял на нее глаза. — Спасибо, что… что не отругал Салли за испорченный пирог и сказал, что такое со всяким может случиться… Она так старалась порадовать нас ужином и почувствовала себя такой неумехой. Ей и без того было плохо…

— Не за что меня благодарить. Это же была всего-навсего соль, а не яд. Зато завтра будет пища для шуток… и через много лет тоже. Думаю, со временем и Салли будет смеяться вместе с нами.

Но, ни один из них никогда не будет смеяться из-за более серьезной ошибки Салли, а именно об этом Клэр хотела поговорить с ним.

— Эдам… — Она глубоко вздохнула. — Главное, за что я хотела поблагодарить тебя, за… за то, что ты не ругал Салли днем… когда она заснула и… и упустила Джейми. Она и так казнит себя… а ты проявил необычайную чуткость.

Эдам пожал плечами, глядя не на нее, а куда-то перед собой.