10

Шарлотта Пирс сказала официанту, что ограничится зеленым салатом и лососиной.

— И еще порцию чая со льдом, — проговорила она, с вежливой улыбкой передавая ему меню. На самом деле Шарлотта предпочла бы «Кровавую Мэри» и стейк с жареной картошкой, однако сегодня она обедала с матерью, а это означало, что следует вести себя хорошо во всех отношениях.

Мисс Пирс прекрасно осознавала, что за последнее время набрала шестнадцать фунтов лишнего веса. В отличие от своих брата с сестрой, она не была худощавой от природы, и ей приходилось «чуть потрудиться», как говаривала в таких случаях ее матушка, чтобы сохранить «здоровый вес». По иронии судьбы, Шарлотта набрала этот вес за те долгие дни, которые проводила в «Ледиформ», слишком часто подкрепляясь фастфудом.

— Очаровательный ресторанчик, на мой взгляд, — проговорила Сандра после того, как официант ушел. Ее дочь выбрала этот ресторан, потому что знала, что ей понравится элегантный и просторный зал, заставленный свежими цветами. Она также постаралась собрать пучком на затылке свои длинные и непокорные волнистые каштановые волосы. Мать всегда старалась намекнуть, что неплохо бы сделать более современную прическу. Хотя, на взгляд Шарлотты, Сандре просто хотелось, чтобы она сделалась более похожей на Аманду.

— Ну, как идут дела? — поинтересовалась миссис Пирс.

Пока Шарлотта выкладывала планы маркетинга новой линии одежды для занятий йогой, включавшей показ мод на кабельном канале «Нью-Йорк Уан», ее мать слушала вполуха.

— Прости, мама. Я, кажется, затянула свой рассказ, — сказала наконец дочь. — Или ты скажешь, что я постепенно превращаюсь в папу.

— Тебе до него далеко, — отозвалась Сандра с улыбкой. — Помнишь, как вы втроем включили таймер, чтобы определить, как долго он сумеет распространяться на тему нового лифчика-трансформера?

— Да уж! Я едва не забыла об этом. — Одной из излюбленных тем для шуток младших Пирсов являлся их собственный отец. Рослый и мужественный Уолтер без всякого смущения разговаривал о лифчиках, трусиках, панталонах и поясах за обеденным столом, в присутствии их подруг и в очереди в продуктовом. За словами этими для него стояла только работа, a свою работу он любил. Упомянутый Сандрой инцидент произошел в День благодарения, а лифчик являл собой ледиформовскую новинку «три-в-одном», преображавшуюся из бра со стандартными бретельками в вариант без бретелек и далее в полуспортивную модель. Их фирма первой запустила этот дизайн.

Когда стало очевидно, что папа приступил к очередному из своих «семинаров», Генри сбегал на кухню за таймером. И вместе с Шарлоттой и Амандой они скрытно пустили его по кругу, пока отец подробно описывал каждую конфигурацию, пользуясь салфеткой в качестве иллюстрации. К тому времени, когда Уолтер осознал, что происходит, лица его детей успели изрядно побагроветь от сдерживаемого хохота, а стрелка таймера указывала на восемь минут.

— Вы всегда любили подразнить отца, — припомнила Сандра.

— О, он любил наши шутки! И до сих пор любит, — добавила Шарлотта, постаравшись не забыть о том, что отец и мать теперь разговаривали нечасто. — Мама, ты вчера позвонила мне и сообщила о том, что летишь в Нью-Йорк. Мне очень приятно видеть тебя, однако я подозреваю, что ты пересекла всю страну отнюдь не для того, чтобы пообедать со мной.

— У меня возникли кое-какие соображения насчет Аманды.

— Ну конечно! — Все, что говорили, делали или думали родители старшей мисс Пирс, всегда тем или иным образом было связано с Амандой.