Майлз, впрочем, был далек от подобных предрассудков. Наклонив голову, чтобы не стукнуться о низкий свод, он шагнул вперед, чиркнул спичкой и огляделся по сторонам. Первое, что привлекло его внимание, – огарок свечи, стоявший на каменной полке на высоте его поднятой руки. Он поднес к нему спичку, и над воском, издав легкий треск, замигал язычок пламени. Рядом со свечой обнаружилась другая, более длинная и лежавшая на боку. Тут же валялась почти полная коробка спичек, выпущенная в Шотландии и имевшая патриотичную этикетку (хотя производителя давно уже купила английская компания). Сама полка была скорее выступом в скале, не особенно ровным, но достаточно широким и выполнявшим функции шкафчика или буфета. Бридон обнаружил на ней консервы с копченым языком: банка была открыта, и ее содержимое выглядело вполне аппетитно, что не должно никого удивлять, если вспомнить, что в полной темноте и на холодном воздухе пища хранится долго. Рядом стояла жестяная коробка с печеньем, абсолютно пустая, чуть дальше валялась бумажная обертка от шоколадного батончика. Больше еды не было, зато имелись туалетные принадлежности: зубная щетка, которую детектив предполагал найти на трупе, и баночка с зубным порошком, почти использованная. Бридон хорошо знал эту марку порошка, не без волнения он вспомнил, что такая же стояла на туалетном столике Колина Ривера. В углу пещеры лежал сухой хворост, хотя поблизости он не заметил ни чайника, ни какой-либо посуды для приготовления пищи. Не имелось здесь также ни одежды, ни книг, ни каких-либо удобств: обитатель пещеры ограничил себя самым необходимым.

– Как насчет еды, доктор? – спросил Бридон. – Сколько на ней можно протянуть?

– Ну, если правильно распределить ее, то, пожалуй, три или четыре дня, хотя для холодной погоды это будет маловато. Как видите, он съел почти весь язык… Правда, совсем другое дело, если не беречь припасы, а питаться в любое время, когда голоден или просто хочется перекусить. Если предоставить человека самому себе, он использует все это за один день, максимум за полтора. Кстати, когда нашли труп, мы не заметили никаких признаков голодания. Конечно, можно предположить, что он ел гораздо больше, чем то, что здесь осталось.

– Наверное, вокруг пещеры можно найти консервные банки.

– Да, но не забывайте, что, находясь на высоте, человек любит бросать что-то вниз, просто чтобы посмотреть, как это летит.

– Вы правы. Честно говоря, я предполагал, что еды будет гораздо больше. Хотя… Анджела, – Бридон повернулся к жене, – что, по-твоему, не хватает в этой пещере? Так сказать, по хозяйственной части?

Анджела хорошо знала, когда от нее требуется быть собранной и серьезной. Она наморщила лоб и огляделась по сторонам, словно стараясь представить обитателя пещеры.

– Мыла, – ответила она.

– Верно, – кивнул Бридон. – Доктор Парвис, мне нужен ваш совет не как врача, а как местного жителя и друга семьи. Что мы должны сделать с этими вещами? Вынести их и уничтожить? Отдать семье? Оставить здесь?

– На вашем месте я бы оставил все здесь, учитывая то, что вы можете захотеть показать их кому-нибудь другому. Вынести вещи можно позднее, когда вы закончите свое расследование. Не волнуйтесь, что сюда явится кто-то еще: до апреля тут не будет ни одного туриста или любителя пикников, это я вам гарантирую.

Совет был принят, и они вышли из пещеры, задержавшись у ее входа для того, чтобы снова прочитать печальную надпись.

– «Здесь он обрел покой», – произнес доктор Парвис подобающим случаю торжественным тоном.

– Да, конечно. – В голосе Бридона прозвучала нотка горечи. – Вопрос только – кто?

Глава 12. Анджела знакомится с обществом

В отеле «Блэруинни», как и во всяком другом, имелся дворик с небольшим садом, достаточно унылым, чтобы никто, включая самых благожелательных постояльцев, не захотел бы иметь его в собственном доме.