Второй и вовсе дара речи лишился. У него аж слёзы выступили от страха. Пришлось нашатырём приводить в чувство. А нехрен спать на посту.

— А если бы это не мы были, а рейдеры или зомби? Вы понимаете, что подставили весь лагерь, а не только свои жопы? — отчитывал их я.

Мда, воспитывать их придётся упорно. С такой армией не то что завод, подвал удержать сложновато будет…

— Смена караула. А вам. Спать до утра запрещается. Идите стену в конце тоннеля колупайте, — отдал я им наряд, а сам завалился спать.

Были мысли погрузиться в ад, ещё разок, но сил не было даже, чтоб сидеть, а уж бегать по адским пещерам с каким-то отродьем, гоняющимся за мной… Нет уж, мне нужны силы завтра и соображающая голова.

Но моему отдыху не суждено было свершится. Как говорится — покой нам только снится.

В мою палатку забралась Ирина и недвусмысленно начала меня раздевать.

— А тебе можно? — задал я глупый вопрос.

— Я же не больна, — с улыбкой ответила она.

— Ну а плоду это не помешает?

— Прошло всего пара недель. Даже меньше. Он ещё сформироваться не успел, — начала возмущаться она.

А я вспомнил Лену, которая спустя три недели уже с животом ходила. Ну да ладно, может, приняла особые витаминки доктора Яффе.

Ирина была ненасытна. Если сравнивать тот секс в тюрьме, когда за нами наблюдали и ставили опыты, то его можно считать за простые объятия.

Утром меня, наверное, все будут проклинать за нескончаемые крики Ирины в три часа ночи.

Под утро мне удалось поспать пару часов. Маловато, конечно, но и этого хватило, чтобы обновить запасы сил.

Стоило мне выйти из палатки, как меня заметили ранние пташки и, словно сговорившись, начали аплодировать. Ирина, выходившая следом, немного покраснела, но довольно улыбалась, как и я.

Я перекусил честно украденным пайком корпоратов и свежесваренным на костре крепким чаем. Разводить огонь в тёмное время суток я строго-настрого запретил. Ночь была звёздной и освещения хватало, чтобы увидеть мертвяка, бредущего в сторону лагеря. Ну, или мне так казалось с обновлённым зрением. Так что лишнее внимание привлекать ни к чему. А вот утром — пожалуйста. Только, на всякий случай, я потребовал оградить открытый огонь камнями и стараться не дымить.

Дрейк так и не вернулся, что меня особо и не удивляло. Что с этим живучим Бесом могло случиться? Да он и медведя загрызёт. А торчать нам здесь долго, так что разведать нужно всё хорошо.

Собрав всю вчерашнюю бригаду, отправился проверить на трудяг.

— Ага! Ну что, жеребец, выспался? — подколол меня по пути Игорь.

— Да, вполне, а ты? — подколол я его в ответ.

— А я нет, слушал ваши серенады, ага. Странно что зомби ещё не сбежались. Хотя, там был какой-то грохот.

— ЧТО?! — воскликнул я и побежал к тоннелю.

Тоннель был целым, стена тоже. Но вот кладка…

Возле фундамента из кирпича возились те трое штрафников. Они поленились выковыривать по одному кирпичу и решили подмыть фундамент. Смачивая свою одежду в реке и выкручивая под стеной, они за час размыли всё основание, старательно помешивая грязь палкой.

И ведь постараться же нужно было, чтобы часть фундамента поехала и завалила стену здания.

Проход в тоннеле теперь был завален наглухо кучей кирпичей вперемешку с грязью.

Идиотов я чудом не убил. Если бы Ирины рядом не было, им бы точно не жить. А так лишь прогнал и сказал, чтоб на глаза мне не попадались.

Пока сидел и размышлял, что делать дальше: копать новый тоннель или разбирать обвал, решение пришло само. Точнее, за меня решили мутанты.

Сверху к нам полезли сначала две перепончатые лапы, с толстыми когтями.