Я сидел на переднем сиденье возле Рамиза, поглаживая дремлющего на коленях Кроша, позади притихли Эдрик, обнимающий свое оружие, и Карина. Она взяла и то, что я накрафтил, и свой хлыст.

Рамиз опровергал расхожее мнение, что кавказцы безумны за рулем: вел вдумчиво, медленно, плавно, чего не скажешь о Сергеиче. Электрик вел монтажный «Фав» лихо и, не сомневаюсь, еще и пел при этом. Хорошо хоть хватило мозгов закрыть окна, и так шума много создаем. С Сергеичем ехали Макс и Вика.

Когда затрещала моя рация, я ответил, ожидая, что это Лиза вышла на связь, чтобы сказать важное… Однако из динамика грянул Сергеич:

— Бьем врага и в хвост и в гриву. Пулеметом, пушкою. Меж боями в перерыв… боевой частушкою!

Точно, мать его, поет!

— Опа! Опа! Ух-а-а! — крикнула Вика, дурачась.

Я отключился, озадаченно пытаясь понять, с чем связана это клоунада? Народ просто спускает пар? За бравадой скрывают страх и волнение? Или это что-то вроде отката после манипуляций Лизы? Возможно, все вместе. Впрочем, Сергеича это не касается, он всегда таким был, особенно после того, как «выздоровел весь».

— Что за люди такие несерьезные, — без осуждения сказал Рамиз. Он улыбнулся, и я понял, что версия с откатом психики вполне рабочая. — На боевую операцию едем!

— Прием! — сказал я. — Помните, что по пути у нас еще остановка. Уходим только мы с Эдриком, остальные сидят и ждут. Как поняли, прием?

— Прием, — откликнулся Макс. — Вас поняли! Так точно. Прием!

— Это здесь! Точно здесь! — крикнул Эдрик, указывая на покосившиеся столбы без проводов, уходящие в лес. — Там! Тормози.

— Мы быстро, — сказал я Рамизу. — Быстро ведь, Эдрик?

— О-о, Деннис!

Он рванул к столбам я — за ним по мокрой траве, котенок сперва побежал по земле, потом вскарабкался мне на плечо, весь мокрый. Мы и сами мгновенно промокли, ведь морось не прекращалась.

Думал, задолбаемся через корни прыгать и питонов с попугаями в лесу пугать, но бетонная площадка обнаружилась метрах в ста пятидесяти от трассы. От массивного сооружения мало что осталось: бетонная стена целиком, остальные стены обрушились внутрь, зато имелось что-то типа цоколя, теперь больше напоминающее заваленную пещеру.

Указав туда, Эдрик поделился, махая руками, как птица:

— Лисицы! Огромные!

Я кивнул. Лезть туда не стал, чтобы не терять время и не воевать с зомбаками, которые наверняка там засели. Достаточно того, что это вполне пригодное для сбора орды место. До нашей базы километра полтора — чуять нас и агриться бездушные не должны. Вот только непонятно, смогу ли я удержать их на месте, время использования браслета только час.

— Спасибо, Эдрик. — Я включил рацию. — Прием! Все в порядке, идем назад. Прием.

— Прием! Понял! Ждем! — бодро проговорил Макс и отключился, ему было по приколу играться с рацией и отвечать мне.

Вернулись мы быстро, но Сергеич прокричал из автовышки:

— Харэ шляться. Мы тут на очке сидим — вдруг враг поедет! Дорога-то одна. Поехали на север!

— А мы уйдем на север! А мы уйдем на север! — пропел Макс.

Мне сразу вспомнился щербатый прихвостень Папаши Табаки, которого я прикончил вместе с Юлией. Кстати, вроде бы прозвище Волошина было Шер-хан? Или это я так его прозвал? Плевать, прикончу его как собаку. И сам удивился: не яростно подумал, без злобы, просто факт констатировал. Другие чистильщики — мои конкуренты. Или я — их, или они — меня. Все просто.

Когда пролетели поворот к «Кали», стало поспокойнее.